ПОЛИТИЧЕСКИЙ КУРС ПРАВИТЕЛЬСТВА БАРОНА П.Н. ВРАНГЕЛЯ В КРЫМУ

«Темные силы, которые подстрекали несведущую толпу требовать смерти Христа, в наши дни столь же злы, сильны и безжалостны, как и две тысячи лет назад. За ненадежным и бессильным внешним блеском цивилизации скрывается все то же порочное чудовище, жаждущее власти и готовое захлестнуть мир потоками слез и невинной крови, чтобы забрать в свои руки земные богатства и людские души».

ИГОРЬ ИВАНОВИЧ СИКОРСКИЙ. Трактат «ОТЧЕ НАШ. Размышления о молитве Господней».

 

Неужели приходится в очередной раз пожалеть, что Господь дал нам, русским, слишком большие богатства, а мы, как всегда, не сможем их сберечь?

Неужели опять, как и сто лет тому назад?

Мартовская 1920 года катастрофа Добровольческой армии привела к смене главнокомандующего вооруженными силами юга России. Деникина никто не свергал, он сам понял, что под его руководством катастрофа окажется окончательной и бесповоротной. На Военном совете было названо имя барона генерал-лейтенанта Петра Николаевича Врангеля, который находился тогда в Константинополе, фактически изгнанный из армии подозрительным Антоном Ивановичем. Вместе с предложением возглавить разгромленную Белую армию Врангель получил от представителя Великобритании в Константинополе ультиматум, в котором владычица морей требовала отказаться от борьбы с большевизмом и заключить перемирие с ленинской советской Россией. В противном случае Англия лишит главнокомандующего и его армию какой-либо помощи.

Врангель отверг этот ультиматум известного русофоба и масона Ллойд Джорджа. Это Ллойд Джордж после насильственного ухода с политической арены Государя Императора Николая Александровича сказал, что «главная цель войны достигнута, Россия теперь никогда не будет великой державой». Это Ллойд Джордж решающим образом выступил против предоставления убежища Царской Семье, обрекая ее на истребление в Екатеринбурге. Это Ллойд Джордж предоставил большевикам 500 тысяч фунтов стерлингов (громадную сумму по тем временам) для укрепления их власти), Ульянов-Ленин ворчал при этом, что дадено мало…

Положение в Крыму весной 1920 года было тяжелейшим. Армия разбита, но еще более важно, что под деникинским руководством она утратила веру в себя. Военной помощи от бывших союзников, которым Императорская Россия фактически принесла победу в мировой войне, ждать не приходилось. Экономика подорвана, а финансовое положение нищенское. И что такое Крым в сравнении с территорией России, уже завоеванной большевиками?

Петр Николаевич Врангель прекрасно понимал, что главнокомандование получено им очень и очень поздно, без пяти минут двенадцать. Но барон был истинным русским воином, русским патриотом и суворовские афоризмы - «Сам погибай, а товарища выручай», «Мы - русские, и с нами Бог» - были созвучны ему в течение всей его короткой жизни. И пословицу русскую он часто вспоминал: «И слепая лошадь привезет к цели, если возница зрячий».

Уместно сделать краткий экскурс в очень близкие к весне 1920 года времена и события.

В начале Великой Второй Отечественной войны Петр Николаевич Врангель командовал эскадроном гвардейского Его Императорского Величества Конного полка и вошел в историю героической атакой в конном строю против германской артиллерийской батареи у села Каушен (ныне Кашино Калининградской области), в котором кавалеристы захватили семь орудий противника, а барон получил один из первых офицерских Георгиевских крестов в той войне. В дальнейшем в соответствии со своими воинскими достоинствами в январе 1917 года Петр Николаевич был произведен Государем в генерал-майоры. Но барон Врангель был не типичным гвардейским офицером. До традиционной в семействе Врангелей службы в армии Петр Николаевич закончил престижный в тогдашней России Горный институт, что дало ему широкий государственный кругозор и знакомство со многими государственными служащими высокого ранга.

По своему мировоззрению барон Врангель был сознательным, глубоким и бескомпромиссным монархистом. Но монархизм как политическую партию он отвергал. Почему? Ведь Ульянов-Ленин еще в Цюрихе мечтавший о гражданской войне в России, разгроме русской монархии, русской истории, русского языка неоднократно заявлял, что в России возможны только две формы правления: или монархия или социалистическая республика. Понятно, почему так безжалостно истреблялись монархисты. Это доказывает и охота поисковых интернациональных отрядов на православного публициста Михаила Меньшикова, убитого на глазах его пятерых детей, и убийство в петроградском застенке монархиста профессора Никольского и кормление его телом зверей в зоопарке, а также анкета при приеме офицеров Русской Императорской Армии в армию красную. Но идея восстановления монархии была актуальна и имела смысл и угрожала власти большевиков только в первой половине 1918 года. В гражданской войне приоритеты меняются очень быстро. И уже летом того же года монархическую идею использовать было поздно. Многих монархистов перебили, пересажали, а красная пропаганда была очень умелой и действенной, но главное - уже не было Государя Николая Александровича, а монархисты разделились, заспорили о кандидатуре монарха: глупый этот спор продолжается до сих пор. Поистине, дом, который разделится, погибнет…

Петр Николаевич Врангель был убежденным монархистом, как и другой Петр Николаевич - Краснов. Но их монархизм существенно отличался. Краснов, как и Врангель, рассорился с Деникиным в период ключевых решений гражданской войны. Оба Петра Николаевича считали необходимым взятие Царицына, выход на Волгу и соединение с белыми армиями, которые осенью 1918 года возглавит Колчак. И только совместными усилиями, широким фронтом атака на Москву. Деникин же под влиянием союзников по Антанте двинулся на юг. Это была роковая ошибка. Именно в начале лета 1918 года большевики были слабыми и бессильными, как никогда после. Кроме того, под нажимом весьма сомнительных личностей, вроде лживого от головы до пят Милюкова или забрызганного кровью простых русских людей Савинкова, Добровольческая армия приняла еще весной доктрину непредрешенчества, по мере продвижения которой монархическая идея была парализована в массе своего народа, в крестьянстве. Представьте себе такую часто повторяющуюся картину: белая рота входит в обычную русскую деревню, тамбовскую или воронежскую, и на вопрос бородатого крестьянина «за что сражаетесь?» безусый командир роты отвечает: «Мы - непредрешенцы!». И ошеломленный крестьянин уходит думать. И думает до 1929 года, когда уже поздно было что-либо предпринимать…

Размышляя, необходимо и выводы делать. Увы, но Антон Иванович Деникин принес Белому движению больше вреда, чем пользы. И должность Главнокомандующего была ему не по плечу, и взаимоотношения с казаками Краснова не сложились по вине Деникина, и зависть его неоднократно посещала, когда командующий Кавказской армией генерал Врангель, добиваясь успехов в сражениях, становился популярной и любимой личностью в войсках.

Петру Николаевичу в марте 1920 года досталось основательно разбитое деникинское корыто. Врангель прекрасно понимал, что время воевать за восстановление монархии безнадежно упущено, государствообразующий народ разделен на партии, союзы, секты, развращен обещаниями всеобщего мирового счастья. Мы же помним еще: «Я хату покинул, пошел воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать…» Хату он покинул накануне уборки урожая, а земля в Испании давно уже была в руках крестьян…

Барон Врангель был верен рыцарственным законам, сокращенной формулой которых были слова: благородство ведет и обязывает. Это значило для него, что чем выше ты поднимаешься по служебной лестнице, тем большее чувство долга и большую ответственность принимаешь на себя. А высокое звание - это прежде всего несение службы изо дня в день, ставшее смыслом его жизни. Именно этот чисто христианский смысл заставил Петра Николаевича принять в очень тяжелой ситуации, если не безнадежной, обязанности Главнокомандующего Добровольческой армией, немедленно переименованной им в Русскую армию.

Для того чтобы проводить твердый политический курс необходимо было создать соответствующее правительство. Врангель уже имел представления о немощи, а порой и враждебности к основной цели белых армий правительств, созданных и действовавших при адмирале Колчаке, генералах Деникине и Юдениче. Все эти правительства погрязли в партийных склоках, были разношерстными, далекими от конечных целей, к которым стремились армии. В сибирском правительстве были меньшевики, кадеты, эсеры. Трагикомедией было правительство при Северо-Западной армии генерала Юденича. В нем были социалисты, масоны, даже один националист-дашнак. Премьером этого опереточного правительства был миллионер Лианозов, которого Юденич звал «каким-то нефтепромышленником», а при взятии Петрограда предполагал повесить…

Все эти правительства создавались под усиленным нажимом Великобритании и Франции. Юденичу, например, английский комиссар просто продиктовал масонский, либеральный и олигархический состав Северо-Западного правительства, которое активно вставляло палки в колеса армии, шедшей на Петроград.

Врангель об этих происках бывших союзников прекрасно знал. Правительство Русской армии в Крыму формировалось самим Главнокомандующим. «Для меня нет ни монархистов, ни республиканцев, а есть лишь люди знания и труда», - говорил Врангель. Председателем правительства стал Александр Васильевич Кривошеин, бывший активный соратник Столыпина, министр земледелия в царском правительстве. Александр Васильевич был уже в Париже и мало верил в успех Русской армии в Крыму, но и его долг русского человека перед Родиной заставил вернуться и активно работать на благо своих соотечественников. Как и Врангель, Кривошеин прекрасно понимал политическую основу гражданской войны в России, и однажды заявил, что «лучше, чтобы монархия пришла на пять лет позже, чем на пять часов раньше».

Фактическим министром иностранных дел при генерале Врангеле стал русский философ Петр Бернгардович Струве. Струве, как и многие интеллигенты, прошел в конце 19-начале 20 века через увлечение марксизмом, хорошо знал изнутри это русофобское учение. Струве был хорошо известен в Европе, что помогало ему в переговорах. Когда же Струве отсутствовал его замещал князь Георгий Трубецкой.

Государственным контролером был назначен весьма дельный член бывшей Государственной Думы Николай Савич. Управлением финансов командовал Михаил Бернацкий. Земледелием и землеустройством - бывший сенатор Г. В. Глинка. В области культуры советниками Врангеля были академик Владимир Вернадский и его сын Георгий Вернадский, ставший после ухода из Крыма известным русским историком зарубежья.

Не все члены правительства одинаково устраивали Главнокомандующего, но других у него было. Особенно много нареканий вызывала деятельность начальника Гражданского управления Сергея Тверского. Но внутренние дела находились под пристальным вниманием самого Врангеля.

Политика любого правительства делится на внешнюю и внутреннюю. Во внешней политике главным был поиск союзников. Великобритания в поддержке Врангелю отказала. Соединенные Штаты предпочли остаться нейтральными. Франция вела себя как женщина, которая много обещает, но ничего не дает. Французы в лице министра иностранных дел Мориса Палеолога, бывшего послом в Императорской России, и нового премьер-министра Александра Мильерана после настойчивых обращений Петра Струве решили оказать военную и экономическую помощь Врангелю при трех основных условиях: 1)признании всех долгов предыдущих русских правительств, соразмерно с территорией под эффективной властью Врангеля; 2)предоставлении в собственность крестьянам распределенной между ними земли; 3)официальном сообщении Врангеля о его намерении созвать выбранное населением учредительное собрание.

Эти условия были выработаны в Париже при участии Струве только 20 июля 1920 года. Врангель сразу же согласился на эти условия. Тем более, что земельная реформа в Крыму уже проводилась врангелевским правительством. Уже 25-го мая была издана брошюра под названием «Вся земля - народу в собственность», объяснявшая новый земельный закон, который «землю дает настоящему трудящемуся на ней хозяину, у которого еще от сохи да от косы пот не обсох».

10 августа Франция де-факто признала правительство генерала Врангеля. Конечно, одной французской помощи было явно недостаточно, тем более, что Франция оказывала ее из-за бедственного положения Польши. Польша Пилсудского некоторое время считалась союзником Врангеля, но только до разгрома армий Тухачевского, шедших на Варшаву. Пилсудский - старый ненавистник России, ни в коем случае не стремился к восстановлению мощной русской державы.

Попытка найти союзника в лице анархо-агрария Нестора Махно закончилась очевидной игрой и изменой махновцев, не желавших находиться под твердой рукой барона Врангеля и предпочитавших партизанский разбой регулярной войне с большевиками. Напомню, что в ноябре 1920 года именно армия Махно в составе большевицкого фронта первой вошла в Севастополь, а махновцам было предоставлено «три дня на разграбление города» - об их бесчинствах часто вспоминала моя бабушка Прасковья Емельяновна.

Попытки найти союзников Русской армии в Крыму в очередной раз доказали мудрость Императора Александра Третьего: не может быть у России союзников, кроме собственных армии и флота…

«Мы в осажденной крепости, - говорил генерал Врангель, - и лишь единая твердая власть может спасти положение. Надо побить врага прежде всего, сейчас не место партийной борьбе. Пока борьба продолжается, все партии должны объединиться в одну, делая внепартийную деловую работу».

Что же успели сделать барон Петр Николаевич Врангель и его правительство за отпущенные им судьбой семь месяцев работы в Крыму?

О земельной реформе мы уже упоминали. Население было оповещено о ней многочисленными брошюрами и листовками. Первоначальное недоверие крестьян постепенно переходило в одобрение врангелевского Земельного закона, основой которого было закрепление земли за теми, кто на ней работает за небольшой выкуп земли в вечную собственность земледельца. Успех этого закона в Крыму очевиден. Стоит вспомнить, что в Красной армии за хранение брошюры с этим законом красноармейцев расстреливали…

Получив в расстроенном виде все отрасли управления армией и гражданским населением, барон Врангель прежде всего установил полное единоначалие. Надо было не допустить тотального голода в Крыму. Поэтому одним из первых указов нового Главнокомандующего стало запрещение вывоза какого-либо продовольствия из Крыма и поощрения всяческого импорта продовольственных товаров. В этом указе был даже такой экзотический пункт: «Воспрещаю приготовление всякого рода сладких кондитерских изделий». Поощрялась торговля с ближними странами с помощью судов Добровольного Российского флота. Голода удалось избежать. В отличие от многих губерний, находившихся под властью большевиков… Дальнейшие шаги Петра Николаевича были направлены на установление гражданского самоуправления в Крыму. Было учреждено волостное земство. Это был один из самых больных вопросов нашей истории. Законы всегда приходили в деревню сверху. На этот раз правительство Врангеля решило, что дело восстановления России будет начинаться с самых низов, с учреждения волостного самоуправления. История не дала нам ответа, к чему привела бы такая инициатива, слишком коротким было время Врангеля в Крыму…

Можно было бы перечислить еще многие успехи врангелевского правительства в Крыму, например, рабочее законодательство, восстановление российской судебной системы, подъем культурной и религиозной жизни. Петр Бернгардович Струве уже после кончины Петра Николаевича сказал о нем так: «Врангель должен жить в нашей соборной памяти как могучий призыв к труду и подвигу».

Возразим против свидетельства изменившего Белому делу генерала Слащова-Крымского о врангелевских виселицах на дорогах Крыма, это одна из коммунистических пропагандистских легенд. Напомним на всякий случай, что 24 мая 1920 года Главнокомандующий подписал приказ о высылке в Советскую Россию лиц, изобличенных в ходе дознания в явных симпатиях к большевикам. Конечно, были и казни за очевидные преступления, но можно ли хотя бы представить себе, что марксисты-ленинцы в ходе гражданской войны своих врагов не расстреливают, а куда-то высылают!?

Для понимания мировоззрения барона Врангеля необходимо вспомнить его позднейшее письмо от 16 января 1922 года другому Петру Николаевичу - весьма уважаемому им Краснову в ответ на предложение «восстановить монархический дух в армии». «Вы не можете сомневаться в том, - писал Врангель, -что по убеждениям своим я являюсь монархистом и что столь же монархично, притом сознательно, и большинство Русской Армии… (…) В Императорской России понятие «монархизма» отождествлялось с понятием «Родины». Революция разорвала эти два исторически неразрывных понятия, и в настоящее время понятие о «монархизме» связано не с понятием о «Родине», а с принадлежностью к определенной политической партии. Нужна длительная работа, чтобы в народном сознании оба эти понятия вновь слились воедино».

И еще. Из приказа генерала Врангеля от 9 сентября 1923 года: «Объединение всех национально мыслящих русских людей есть первый этап на пути к спасению нашей Великой Родины». Это главный завет Главнокомандующего сегодняшним русским людям. Вне партий, сект и союзов, раздирающих нас на части.

Что же помешало Петру Николаевичу Врангелю победить в борьбе с большевизмом? Кажется, что ответ не требует больших усилий. Власть он получил слишком поздно; Россия уже была завоевана большевиками, Крым - капля в море. Но в глубине причины более весомые. Сравним Врангеля в Крыму с успехами каудильо Франсиско Франко в Испании и генерала Аугусто Пиночета в Чили. У Франко, кроме фаланги, в союзниках был единый католический орден «ОПУС ДЕИ». Не случайно после победы в войне Франко все важные правительственные должности отдал не фалангистам, а членам «Опус Деи»: в нравственном смысле это были люди высокого уровня.

В Чили при разгуле терроризма и бандитизма, созданной кубинцами преступной организации «MIR», поощряемой советским КГБ, в неприкосновенности сохранилась чилийская армия без всяких признаков разложения, исповедующая национальные принципы. Армия и спасла Чилийскую государственность. Ничего подобного не было в союзниках у Врангеля. Православная церковь уже в марте 17 года пропела «многая лета Временному правительству» да и в революционном движении священники активно участвовали, например, в Киевской духовной академии скрывались известные российские террористы после совершения ими покушений и убийств. Русская же Императорская армия сидела в окопах и подвергалась изощренной партийной пропаганде…

В заключение перечислим заслуги главнокомандующего Русской армией генерал-лейтенанта барона Петра Николаевича Врангеля.

В безнадежной ситуации после катастрофы с отступом в Новороссийске спас Добровольческую армию при полной неспособности ее командования, растерянности главкома Деникина и его штаба.

Восстановил боеспособность и уверенность в себе Русской армии, с которой одержал несколько блестящих побед в Северной Таврии.

Показал себя выдающимся государственным деятелем в те семь месяцев, которые отвела ему судьба.

Идеально провел эвакуацию армии и спасение гражданского населения, которому угрожал красный террор и геноцид.

И что, по-моему, для нас сегодня самое главное в стремлении восстановить историческую преемственность и силу Российской державы: генерал барон Петр Николаевич Врангель указал нам главную составляющую возрождения - на национальный характер борьбы, бытия, веры, самой жизни: «Все, кто душою русский, должны быть и будут с нами». Это национальное единство является основной скрепой и выступает против партийности - против всех партий и союзов, разделяющих нас и сеющих рознь, раздоры, ненависть и непонимание большой общей цели, дорога к которой была намечена Петром Николаевичем сто лет назад…

В этом воспитании и росте русскости, этого объединяющего нас качества, наше Русское просветительское общество имени Императора Александра Третьего, которое я представляю, видит решающее значение для позитивного будущего России. И несколько шагов по этой открытой дороге нами уже сделаны.

 

25 сентября 2020 года.

 

Виктор Правдюк,

режиссер-документалист, журналист, историк,

член Попечительского совета РПО им. Императора Александра III

(г. Санкт-Петербург)

 

 

Tags: 

Project: 

Author: 

Год выпуска: 

2020

Выпуск: 

4