Под Белым Знаменем. 115-летие народно-монархического движения в Нижнем Новгороде

21 октября (3 ноября) 1905 года в Нижнем Новгороде состоялось первое собрание граждан, объединившихся под белым знаменем – Союза «Белое Знамя». Так в нашей губернии возникла первая легальная организация, выступившая в поддержку закона и порядка и против революционного беспредела, захлестнувшего в те годы наше Отечество.

История возникновения и деятельности правых политических партий в Российской империи изучена довольно подробно. Основные ее вехи таковы: 1901 г. – образование всесословного общественного объединения «Русское собрание», преимущественно с культурно-просветительскими целями; 1905-1906 гг. – создание многочисленных правых союзов в столицах и провинции, включая самый многочисленный и влиятельный «Союз Русского Народа»; параллельный процесс расколов и дроблений всех этих союзов.

После обнародования Царского манифеста 17 октября 1905 г. о даровании гражданских и политических свобод «Союз Русского Народа» и родственные ему объединения национально-патриотической окраски расположились в политической жизни страны на правом фланге. Официальным лозунгом союзников было «Православие, Самодержавие, Народность». Это означало поддержку исторической русской власти в лице Царя, защиту традиционных духовных ценностей, каковым на протяжении многих веков являлось православное христианство, охрану русской самобытности в культуре, формах трудовой деятельности и быту.

Идея написания этой статьи возникла случайно: недавно увидел в интернете интересную дискуссию о «черносотенцах». К моему удивлению обвинительную позицию в ней занял известный «белый» историк В.Г. Хандорин. Очень уважаю Владимира Геннадьевича за его труды и общественную деятельность, в частности, по защите доброго имени адмирала А.В. Колчака. Но многие его оценки русского правого движения начала XX в. удивили, ибо они мало отличались от ярлыков, изначально сочинявшихся и навязываемых обществу – благодаря контролю большей части прессы – врагами русской государственности («погромы», «антисемитизм» и проч.).

Опровержение этих черных мифов, как обозначил подобные ярлыки левый публицист Сергей Кара-Мурза, требует отдельной публикации, и здесь я ограничусь лишь указанием на два очевидных обстоятельства. Во-первых, никакой национальной ненависти к евреям у союзников не было и быть не могло, ибо для христианина «нет ни эллина ни иудея». Во-вторых, педалирование ими национального и особенно еврейского вопроса было связано исключительно с несоразмерно большим и гипертрофированно активным участием определенного сорта евреев в подрывной, антигосударственной деятельности. По справедливому выражению историка В. Сироткина, для русских правых такого рода «евреи были категорией не национальной, а политической».

Отметим и то, что критика ультрареволюционного еврейства (а не еврейства в целом) была составной частью самообороны русских традиционалистов от агрессии экстремистского меньшинства. Этот факт подробно исследован и доказан целым рядом авторов от религиозного философа начала прошлого века Л. П. Карсавина до нашего современника академика И.Р. Шафаревича.

То вставшее на путь подрыва основ государственности и террора радикальное еврейство было одинаковым врагом как русских, так и сохранявших религиозно-культурную самобытность евреев. И об этом также много писали, в том числе и наиболее честные представители еврейского народа.

Столь же лживым является и черный миф об участии союзников в еврейских погромах. В отличие от леворадикальных партий насилия как средства борьбы не найти ни в идеологии правых партий, ни в их программах или печатных органах. Причастность же СРН к отдельным актам насилия (например, нашумевшие покушения на левых политиков Иоллоса и Герценштейна) никем не доказана.

Между тем громкие пропагандистские кампании, которые вели на страницах контролируемого ими большинства русских газет либералы, способствовали широкому распространению этих и других лживых мифов. В ходу они и сегодня, о чем сказано выше в связи со спонтанной дискуссией при участии историка Хандорина.

Сказанное лучше всего проиллюстрировать на событиях местного масштаба. История возникновения и деятельности Союза «Белое Знамя» может служить наглядным подтверждением тезиса о том, что никакого отношения к насилию и погромам союзники не имели. А их акценты на еврейский вопрос в публичной пропаганде были вызваны не национальной неприязнью («антисемитизмом»), а объективными и очень весомыми причинами, прежде всего провокационной, подрывной, а во многом и руководящей деятельностью революционеров-евреев.

Перехлесты у союзников в этом смысле конечно же были. Но нужно учитывать и то, что для левых была нормой крайне оскорбительная лексика в отношении представителей власти и русского Царя. Разжигание социальной розни не менее опасно, чем разжигание розни национальной. К тому же следует принимать во внимание то, кто из противостоящих друг другу сторон нападал, а кто только оборонялся, защищая от наглых посягательств общий правопорядок и свое имущество. По выражению нижегородского историка Г.В. Набатова, «Белое Знамя» и подобные ей организации воплощали «организованный умеренный консерватизм миллионов россиян».

В основном же активность нижегородских союзников – это можно утверждать со всей определенностью – сводилась к исключительно мирным акциям: проведению крестных ходов, собраний, лекций, благотворительных мероприятий, изданию газеты, время от времени – к участию в выборах. Не известно ни одного (!) случая, чтобы члены Союза Белого Знамени совершили террористический акт. Никаких противоправительственных боевых групп и отрядов они никогда не создавали, к насильственным действиям ни разу не призывали.

В то время как их политические противники только этим и занимались. На счету партийных организаций РСДРП, эсеров, анархистов и проч. – многочисленные теракты, вооруженные мятежи, экспроприации. В их числе – убийство в 1905 г. начальника охранного отделения ротмистра А.В. Грешнера, подготовка покушения на губернатора П.Ф. Унтербергера, создание боевых дружин численностью несколько сот боевиков, кровавые вооруженные мятежи в Сормове и Канавине, повлекшие гибель десятков военнослужащих, полицейских и мирных граждан. И это в то время, когда шла тяжелейшая война с Японией! Планировались теракты и в отношении союзников, в частности, одного из лидеров «Белого Знамени» фельдшера Павла Шитова. Во многих случаях в деятельности левых радикалов трудно провести грань между политикой и откровенной уголовщиной.

Что касается леволиберальных партий и прежде всего нижегородской организации Партии народной свободы (кадеты), то в своей подрывной деятельности она определила себе другую нишу – дискредитации государственного строя и морально-пропагандистского прикрытия террора. Так было в России в целом, так происходило и в Нижнем Новгороде. Когда премьер-министра Столыпин предложил кадетам осудить акты красного террора, те цинично отказались это сделать.

В то же время газета «Нижегородский листок», издателем которой был член губкома кадетской партии Евсей Ещин, особенно и не скрывала, что симпатизирует революционным боевикам. Все акты кровавого левого террора освещались на ее страницах сугубо беспристрастно, в тональности благожелательного нейтралитета. Деятельность же союзников постоянно подвергалась травле и пошлому осмеянию. Хотя за правыми не было замечено никаких актов насилия, «Листок» постоянно употреблял по их адресу бранную лексику с выражениями типа «подонки», «отребье», «негодяи».

Кто же в действительности были нижегородские союзники? Представление об этом дает список учредителей «Белого Знамени», приложенный к его уставу, зарегистрированному в МВД России 18 января 1906 г. В этом списке мы видим пять православных батюшек, мещанского старосту, действительного статского советника, доктора медицины, нескольких купцов, фельдшера городской больницы. Почетным председателем союза был избран епископ Балахнинский Исидор (Колоколов). Возглавил же комитет «Белого Знамени» купец и общественный деятель Алексей Хохлов.

Местом проведения собраний нижегородских союзников, куда мог прийти каждый желающий, поначалу был военный манеж в кремле. Эти собрания собирали по нескольку сот участников. Наибольшей популярностью пользовались речи священника Казанской церкви о. Николая Орловского, педагога реального училища Степана Смотракова, журналиста Михаила Гонохина. Отметим, что любые нападки на евреев на собраниях пресекались, и если бы таковые были, о них немедленно раструбила бы либеральная пресса. Отметим, что в городе выходили две ежедневные крупноформатные газеты, «Нижегородский листок» и «Волгарь». Первый после 1905 г. стал рупором партии кадетов, второй во многом ему вторил. «Листок» финансировался крупными капиталистами, в частности, С.Г. Поляком. Пресса союзников была много слабее. В начале октября 1906 г. начальник губернии выдал протоиерею Н.В. Орловскому разрешение на издание и редактирование газеты «Минин». Газета выходила один-два раза в неделю, иногда из-за недостатка средств ее издание прекращалось. С 1909 г. орган патриотов-черносотенцев носил название «Козьма Минин».

Как уже говорилось, левая пресса стремилась всячески очернить Союз «Белое Знамя» и его актив. Не имея для этого серьезных оснований, «Листок» и «Волгарь» били на эмоции, прибегая в описаниях и трактовке событий к негативной и развязной лексике. Поскольку оба либеральных издания во многом формировали в городе общественное мнение, их воздействию поддавались в том числе и те или иные влиятельные лица. Вследствие этого союзникам порой чинили разного рода препятствия в осуществлении их уставной деятельности.

Сначала чиновники отказали им в пользовании военным манежом. Позднее для «Белого Знамени» закрылись двери Дома Трудолюбия, где проводились лекции на темы религии, нравственности и политики. Тогда просветительская деятельность союза была перенесена в Дом братства Святого Георгия на Осыпной улице. Там выступали и лучшие ораторы-белознаменцы, и гости Нижнего Новгорода, в частности, такие видные деятели «Союза Русского Народа», как Павел Булацель, протоиерей Иоанн Восторгов, Владимир Грингмут. Всякий раз встречи с ними собирали множество народа.

Помимо крестных ходов, шествий и митингов, проходивших обычно у памятника Императору Александру II, открытому в июне 1906 года, «Белое Знамя» проводило литературные вечера, новогодние елки, кампании сбора средств на цели милосердия. Как сказано выше, никакой боевой деятельности у союзников и в помине не было. Исключением можно считать единичный эпизод, когда в декабре 1905 г., ввиду недостатка войск (части гарнизона были переведены в Минскую губернию по причинам, связанным с Русско-японской войной) активисты «Белого Знамени» предложили властям свои услуги по охране правопорядка в условиях разгула революционного террора; тогда из добровольцев был сформирован военно-полицейских отряд численностью в 200 человек, которому с согласия командования гарнизона выдали винтовки и ополченские знаки на шапки; отряд нес караульную службу по охране железной дороги и почтово-телеграфных контор от нападения вконец распоясавшихся красных головорезов.

В 1906 году «Белое Знамя» приняло решение присоединиться к «Союзу русского Народа» на правах губернского отдела. В разное время лидерами организации состояли А.А. Хохлов, отец Н.В. Орловский, К.П. Карташев, П.А. Мышатин и др. уважаемые нижегородцы. Активными участниками отделений СРН были инженер Сормовского завода К.М. Николаев, писательница Н.А. Кубаровская, нотариус И.В. Одинцов, фельдшер П.А. Шитов, художник по вывескам Г.М. Стрелков, приказчик М.В. Стебик.

Увы, подобно столичным соратникам, нижегородские союзники не избежали распрей и расколов. В 1910-е гг. наряду с «Белым Знаменем» в губернии действовали Георгиевский, Мининский, Георгиевско-Мининский отделы СРН, отдел СРН имени Михаила Архангела (один из его подотделов возник на Сормовском заводе).

В уездах Нижегородской губернии открылся целый ряд местных подотделов союза, уездных и сельских. Крупные организации действовали в Горбатове, Павлове, Лыскове, Городце, Балахне.

После подавления революционного террора, ставшего возможным благодаря решительным мерам П.А. Столыпина, главная цель «Белого Знамени» и родственных ему объединений, состоявшая в сплочении народа перед лицом красной агрессии, стала отходить на задний план. Активность союзников значительно упала. Официальные власти, как правило, чурались правых организаций (также, видимо, не без влияния либеральных газет). Исключение можно считать позицию губернатора А.Н. Хвостова (1908-1912), проводившего жесткую политику по отношению к революционным и вообще подрывным элементам. Некоторые местные отделы даже избрали Алексея Николаевича своим почетным членом.

Мировая война привела к тому, что наиболее деятельные и молодые элементы Союза ушли защищать Родину на фронте.

Февральский же переворот по существу поставил монархические союзы вне закона. С марта 1917 г. прекратилось издание газеты союзников «Козьма Минин». Белознаменцы подвергались гонениям, их увольняли со службы, нередко арестовывали.

Ну а после октябрьского переворота на патриотов-черносотенцев обрушились гораздо более жестокие репрессии. Их бросали в тюрьмы и концлагеря, расстреливали. В числе прочих чекистами были убиты за их прошлую деятельность священник Н.В. Орловский (отец 14 детей), редактор «Минина» Г.Н. Васильев, глава Выездновского (Арзамасский уезд) подотдела Союза Михаила Архангела В.И. Чичканов. В 1930-е гг. подверглось репрессиям множество бывших союзников, в их числе – председатель Сормовского подотдела мастеровой С.К. Колотков.

И в заключение приведу слова из книги упоминавшегося выше историка Г.В. Набатова. Он упрекает царскую власть в том, что ей не хватило воли, чтобы в полной мере призвать на защиту государственности миллионы преданных престолу граждан. В результате произошло то, что должно было произойти: немногочисленные, авантюристично воспитанные и вымуштрованные на чужеродных идеях революционеры навязали свою волю России. Почти столетие, пишет профессор Набатов, судороги обманутой и сломленной страны воочию свидетельствуют: наше Отечество действительно было великой страной. И далее: «Осознание глубины постигшей Россию трагедии настоятельно диктует сегодня по достоинству усилия тех, кто в свое время пытался, но не сумел сохранить тысячелетние традиции самобытного православного российского государства, безболезненно и обнадеживающе интегрировавшегося в конце XIX – начале XX века в мировую цивилизацию».

На снимке: Дом Братства Святого Георгия, в котором проходили собрания и массовые мероприятия нижегородских союзников.

 

Литература и источники

  1. Кожинов В.В. Черносотенцы. М., 2004.
  2. Общественно-политические процессы, партии и движения в Нижегородской губернии в конце XIX – начале XX вв. В 2-х тт. Под редакцией проф. Г.В. Набатова. Н. Новгород, 2001.
  3. Волгарь. Комплект номеров 1905-1907 гг.; Нижегородский листок. То же.
  4. Политические репрессии в Нижегородской области 1917-1953 гг. Коллектив авторов, под редакцией С.А. Смирнова. Н. Новгород, 2017.
  5. Центральный архив Нижегородской области. Ф. 5. Оп. 50. Д. 17191.
  6. Центральный архив Нижегородской области. Ф. 2. Оп. 2. Д. 321.
  7. Центральный архив Нижегородской области. Ф. 73. Оп. 21. Д. 186.

 

Станислав Смирнов,

журналист, член Союза журналистов России,

член Попечительского совета и представитель РПО им. Императора Александра III в Н. Новгороде

(г. Н. Новгород)

 

 

Tags: 

Project: 

Author: 

Год выпуска: 

2021

Выпуск: 

1