ИТОГИ IХ ЛИТЕРАТУРНОГО КОНКУРСА ИМ. ИВАНА САВИНА
ИТОГИ IХ ЛИТЕРАТУРНОГО КОНКУРСА ИМ. ИВАНА САВИНА
Завершился 9-й литературный конкурс имени поэта Ивана Савина - для учащихся средних и высших учебных заведений.
- Немеркнущей славы глашатай. К 140-летию со дня рождения и 105-летию убийства Н.С. Гумилева
- Рыцарь на троне. К 230-летию Императора Николая Первого
- Сильный, державный. К 145-летию воцарения Императора Александра Третьего
- На страже Великой России. К 115-летиюю памяти П.А. Столыпина
- Давший нам нашу историю. К 260-летию Н.М. Карамзина
- Пророк русской смуты. К 205-летию Ф.М. Достоевского
- Отгадавшие зов России. Русское сопротивление в СССР. К 15-летию памяти Л.И. Бородина
- Голос русского народа. К 70-летию со дня рождения и 35-летию убийства И.В. Талькова
А также три традиционные темы конкурса:
- Кадеты и юнкера в Белом Движении
- Белое Дело в современных реалиях: смыслы, примеры задачи
- Уничтоженные как класс. Коллективизация, как национальная катастрофа
Кроме того, жюри традиционно рассматривало произведения, посвященные Первой Мировой войне 1914-1918 гг., Белому Движению и Русскому Зарубежью, литературе и искусству Белой эмиграции, Государю Александру Третьему, Семье последнего Императора.
В конкурсе приняли участие десятки школьников и студентов из разных областей России.
В итоге победителями стали:
1 место - Екатерина Афонина (Мытищи)
2 место - Алина Наджафова (Каменск-Шахтинский)
3 место - Игорь Батовский (Стрежевой) и Федор Туманов (Боровичи)
Также жюри отметили работы Карины Мелконян (Новосибирск), Артема Емелина (Ярославль), Валерии Сияновой (Биробиджан), Карины Стрельниковой (Новокузнецк), Анастасии Акимовой (Новокузнецк). Они будут опубликованы в 4-м номере журнала "Голос Эпохи" наряду с работами победителей.
Победители получают книги из-ва "Традиция", имперские часы и календари-хронографы, DVD-диски «Александр Великий» и «Орлята Белой Борьбы», рюкзаки «НИКА», памятные дипломы, медали к 180-летию Императора, а также 4-й номер журнала «Голос Эпохи» с публикациями своих произведений.
Мы благодарим всех участников конкурса! И напоминаем авторам, чьи работы в этом году не заняли призовых мест, что наш конкурс проводится ежегодно, и в будущем году мы вновь будем ждать ваших материалов!
Три Креста
В начале XX века поэт на войне – немыслимая редкость. Это после, в годы Великой Отечественной, поэт-фронтовик перестанет быть явлением незаурядным, а сейчас интеллигентность, размышляя здраво, предпочитала оставлять ратные дела профессионалам, находясь в стороне и лишь лицезрея происходящее. Но высшая обязанность истинного христианина – священный долг защиты своего Отечества, и Николай Степанович Гумилев, даже имея полное право оставаться в тылу, добровольцем идет на разгоревшуюся Первую мировую войну. Обычным кавалеристом, находящемся в самом эпицентре сражений. Что это: безрассудство, высшая форма патриотизма или незыблемая вера в пророческую силу поэта? На этот вопрос свидетели тех дней ответили бы первое, порой даже насмехаясь над поэтом, что ярко отражено в «Балладе о Гумилеве» пера его ученицы Ирины Одоевцевой: «Но приятели косо смотрели на георгиевские кресты: – "Гумилеву их дать? Умора!"». Своей же жене Анне Ахматовой Николай Гумилев писал именно о том, что пули его не тронут, это его пророчество, и она, как поэтесса, обязательно должна его понять. Сам же Николай Степанович не простил бы себе малодушия, если бы не пошел на войну за Царя и за свое Отечество. Это его священный долг, его жизненный Крест. Для Николая Степановича нет сомнений в том, что «серафимы, ясны и крылаты» оберегают воинов, а значит, их дело правое.
«Святой Георгий тронул дважды пулею не тронутую грудь». Так пишет Николай Степанович в автобиографичном стихотворении «Память» о достойной награде за совершенные им подвиги. А подвиги были действительно выдающимися. Он проявил себя как бесстрашный воин, и, пожалуй, только полная уверенность в Божьем покровительстве позволила ему настолько самоотверженно стоять перед лицом врага. Даже голод не страшен в такие минуты, ведь «Господне слово лучше хлеба питает».
«Мы меняем души, не тела…» Как удивительно тонко в эти строки вплетена целая философия развивавшегося параллельно с литературой Серебряного века Русского космизма! Выдающийся русский космист К.Э. Циолковский развивал идею бессмертия в непрерывной жизни чувствительных атомов, блуждающих из одного организма в другой. И Николай Степанович Гумилев, чувствуя ответственность себя сегодняшнего перед лицом того «первого: некрасивого и тонкого», но не побоявшегося бросить вызов самому себе и стать величайшем поэтом современности, основателем новой литературной школы, путешественником и исследователем, не мог поступить иначе. Эти строки объясняют и его решение пойти на войну, сражаясь за христианскую Империю. Они же скрывают и ответ на вопрос, зачем Гумилев возвращается в роковой час в Россию, идя на верную гибель. А зачем Христос шел на Голгофу, на собственное Распятие, под жалкие насмешки римлян, уверенных в победе их власти над новой верой? Так и Николай Степанович, окруженный предостережениями друзей и непониманием со стороны прочих соотечественников, приезжает на Родину, чтобы креститься на православные храмы, чтобы прославлять монархию, и чтобы бесстрашно принять казнь из рук палача, умению которого он будет «аплодировать», радуясь, «как все это просто, хорошо и совсем не больно», ведь впереди вечная Жизнь. В последнее мгновение перед смертью он знал, что «свод небесный будет раздвинут пред душою, и душу ту белоснежные кони ринут в ослепительную высоту».
Николай Степанович Гумилев пал жертвой большевистского режима, уничтожавшего все русское на территории России. Он погиб за всех поэтов грядущего. Большевикам нужна была эта жертва для «устрашения» интеллигенции. Но последовавшие за казнью Гумилева многолетние запреты на упоминание имени поэта не стерли памяти о нем из души русского человека, как не удалось растоптать безбожным римлянам память об Иисусе Христе…
Падение Империи глазами верного императору барона
«– Слава государю императору Николаю Александровичу!» – в тумане, застилавшем окраины Каушена, мерещились Петру Николаевичу картины его добровольной службы в Конном полку под командованием великого монарха. Расхаживая взад и вперед, он заставлял горячую августовскую глину издыхать под тяжелым шагом русского офицера.
Не прошло и недели с того дня, как Россия вступила в войну, которую позже в Европе будут именовать Великой, а русский историк скромно окрестит ее Первой Мировой и поместит знания о ней в закромах памяти Отечества. Неужели отчаянные подвиги Нестерова и Батова, Ефимова и Крючкова, операции Брусилова и Колчака так легко поддаются забвению? Неужели час славы барона Врангеля для потомков останется пережитком былой мощи Российской императорской армии, громившей турок и Наполеона, бравшей Очаков и Измаил? Нет, героические рукописи истории, писанные несокрушимым русским штыком, не сгорят в огне политических страстей, ибо сами они выжжены на дулах каленой стали. Так за что же так небрежно наш соотечественник перелистывает главу в школьном учебнике, под неприметным заголовком: «Россия в Первой мировой войне»?
Долгожданная фигура, выскочившая из-за горизонта, спешно приближалась к начальнику 1-й гвардейской кавалерийской дивизии – это был поручик с наблюдательного пункта 1-й Его Величества батареи. Разрешение на решительную атаку было получено Петром Николаевичем, и немедля русская кавалерия под его смелым командованием ринулась в бой. Каушен встретил эскадрон Врангеля огнями немецких залпов, но Петр Николаевич, нашептывая девиз своего старинного рода, стойко держался в седле. «Сломишь, но не согнешь. Сломишь, но не согнешь!» – чуть заметно вздымались изящно нарисованные пророческой рукой природы казачьи усики русского полководца. «Сломишь, но не согнешь!!!» – и лошадь под Петром Николаевичем грохнулась на круп… Звоном в ушах отозвался свист попавшей в цель пули. Всадник лежал под трупом верного скакуна. В глазах висел туман из пыли и пота. Каушен шумел. Петр Николаевич знал, что это сражение выиграно, но это уже было неважно. Важно другое – он падает, падает вместе со своей поверженной лошадью. Он ли это упал? Нет, не он, не Петр Николаевич Врангель, преданный Богом ему данному императору Николаю Александровичу, не он – наследник целой династии верных подданных дому Романовых. Он, он упал! Он – всадник, медный всадник в Петрограде! Вот, вот она – их цель, вот почему для них война будет Великой. Это война, главная цель которой будет достигнута – рухнет двухвековая крепость Российской Империи и полетят по ее просторам разноцветные осколки… Белые, красные, зеленые – нет ничего более страшного для государства, чем война междоусобная. Кажется, сам Бог отказывается от народа, прощающего отцеубийство. Революция, столь романтичная во Франции или Италии, в Россию пришла гостем незваным, а потому обрела здесь облик свой естественный – алчный до крови людской.
Алая клякса большевистского движения, как винное пятно на белой скатерти, растекалась по территории России, оставляя на ее карте редкие белоснежные вкрапления, и эти светлые блики былой Империи отважно противостояли наступающей лаве будущего строя. Особенно белыми в эти годы были покрытые кипарисами крымские склоны, и если спустя столетие кто-то осмелится усомниться в преданности побережья русскому престолу, пусть не забывают, что упорное сопротивление юга до последнего мешало новому строю поставить точку в летописи российского Императорского дома.
Жизнь Петра Николаевича Врангеля рухнула в один момент. Одно мгновение, и разверзлась пропасть между ним и его великими предками. Одно мгновение лишило его смысла жизни. Петроград для него опустел, и он решает перебраться на юг.
Кубань приняла Петра Николаевича в свои объятия неохотно, но бушевавший в головах мятежников шторм был обуздан командиром при помощи дисциплины – гораздо сложнее было потушить обжигающее пламя его собственного душевного волнения. Талантливый полководец в неравных боях выхватывал из большевистских лап Таврию, Царицын, Таганрог, по крупинкам собирая свое, южное государство. Уже не было надежды спасти Россию от красного будущего – важно было сохранить новую Русскую армию. Честь вооруженных сил юга стала честью самого ее Главнокомандующего. Петр Николаевич вдыхал горячий августовский воздух Таврии. Он был сухой, не такой как под Каушеном. Тогдашнее предвкушение великих побед, вымышленными силуэтами проступавших в густом тумане, здесь обретало лишь облик незримой в солнечном зное надежды на это последнее, робкое дыхание отчаявшегося генерала. Неудачи в противостояниях с более сильным и организованным противником давали о себе знать – молодая армия Юга разлагалась. Им не хватало сплоченности, не хватало идеи, за которую душа поднималась бы в бой. Видимо, пробил час уступить место новому, более живому и устремленному вдаль. Наступала осень 1920 года, ряды Русской армии редели. Из Петрограда птицы улетали на юг. Пришло время и белому крылу в последний раз взмахнуть на прощание над просторами Отчизны.
Крестьянский парнишка сидел на берегу Черного моря. По его велению круги разливались по морской глади, растягиваясь в овалы перед тем, как раствориться в пучине. Он очень хотел забросить плоский камушек за горизонт, но тот, почему-то, сделав пять-семь ровных шажков, обретал на дне свой покой.
– Знаешь ли ты, юнец, что там за горизонтом?
– Откуда же мне знать, светлейший? Мы ребятишки простые, в науках не вразумеем. Знаю только, что море не переплыть, я пытался.
– Там Турция, сынок, там Турция. Эти корабли пойдут туда сегодня ночью.
И как вестник этой роковой ночи, черный барон Врангель растворился в ноябрьских сумерках, сгустившихся над морем.
А.И. Куприн. Один день в эмиграции
«Времена не выбирают,
В них живут и умирают»
А.С. Кушнер
Лунный лик показался ему сегодня особенно бледным, словно напуганным грозящей Александру Ивановичу тяжелой судьбой.
— Ах, это ты, Лиза! Лизонька, посмотри, какой он белый и смотрит на нас. Он просит о помощи. Он погибает, там погибает. Ах, бедный... Взгляни, какая алая туча разинула свою скверную пасть и пытается его поглотить, а он сопротивляется. Кричит и сопротивляется, Лизонька-а-а!
— Саша, ты снова пьян? Ты пьян! Нет никакой алой тучи. Пойдем домой. Вот так. Вот так!
Хрупкие фарфоровые руки обнимали его по-армейски могучие плечи и легкими движениями направляли, не позволяя мужу сбиться с пути.
— Ты, Лиза, дважды ошиблась. Во-первых, я вовсе не пьян. Да, я трезв, абсолютно трезв, а сознание мое ясное. А также, туча есть. Это здесь небо ясное, над Парижем, но я вижу небо над Отчизной, и оно совсем не ясное. Луну отовсюду видать, а вот небо разное, и тут оно чужое. Вот увидишь: туча поглотит Луну, и она больше не взойдет над Парижем...
— Солнце взойдет, а потом его сменит Луна. Тверди небесной безразличны страсти земные. Бог рассудит, кто прав, а кто ошибается.
— Нет, Лиза, больше бога. Он боле не покровитель России. Там теперь... Ленин!
Чертополох царапал ее лодыжки, оставляя на коже узкие розовые следы. Скрещивая ступни от неприятной боли, она терпеливо следовала за пошатывавшемся и все еще о чем-то невнятно спорившим мужем. Преодолев заросшую сорняками изгородь, они оказались в темном саду и идти стало намного легче. Где-то в глубине души Елизавета Морицевна была благодарна так взволновавшей ее мужа Луне за то, что она светила настолько ярко — это было единственное уличное освещение, которое они могли себе позволить и благодаря которому успешно добрались до крыльца. А дома было тоже темно и воняло сыростью, и, несмотря на теплоту летней ночи, в комнатах было зябко.
А солнце и правда взошло в назначенный час — но слишком некстати. Александр Иванович пробудился от яркого блика, ударившего ему в глаза. Такое раннее пробуждение не доставило ему никакого удовольствия и, погрузившись в размышления прошедшей ночи, он снова заснул, но, как это всегда случается, утренний сон оказался особенно коварным. Ему снился дом в Гатчине и даже слышалось благоухание свежих цветов в гостиной. Шуршали юбки, звенел хрусталь, шелестели драпировки, воображая себя парусами, надуваемыми теплым ветерком из распахнутых окон. Но вдруг белоснежный тюль окропился черной кровью. В комнату хлынул поток розового раствора. Он заполонил уже всю залу, и, впитывая ядовитую жидкость, цветы вяли на глазах. Вдруг в калитку постучали, стук сопровождался душераздирающими воплями. Александр Иванович в одном халате выбежал на зов и пришел в сознание только обнаружив на себе испуганный взгляд Елизаветы Морицевны, накрывавшей на стол.
— Ба, Иван Алексеевич! Рад видеть тебя в добром здравии и хорошем настроении. Надеюсь, мой вид тебя не сильно смутит. Ох и сон! Но оставим это. Представляешь, друг мой Иван Алексеевич, жена моя прорицательница! Да, она ночью точно знала, что утром встанет Солнце, не чудеса ли? Подожди, не отвечай, я сам скажу: чудеса - не чудеса, а вот я уверен, что Луну мы больше не увидим.
— Вчера можно было читать при ее свете. Да, об этом.
Бунин замолк в понятном для собеседника намеке.
— Лизонька, приготовь-ка нам чаю утреннего! — слукавил Александр Иванович.
Елизавета Морицевна выплыла из гостиной, не заставляя друзей долго ждать начала тяжелого разговора.
— Врангель теряет позиции.
— Именно это я и предчувствовал. Вот смотрел в ее бледный неизменный лик, а видел нашу Белую Армию, противостоящую большевистскому рабству. Но Врангель — я не устану повторять — он человек чести. Его армию ничто не сломит, эту твердыню, не дрогнувшую под дулами Каушена, – Александр Иванович копошился в разных частях гостиной, изо всех сил стремясь сбросить с себя волнение. –– Не бывать, слышишь, Ваня, не бывать в России анархии! Страна на время оставлена богом, но он вернется, в другом обличии. Будет хранимая богом республика, и будет свобода. А пока я верю в мощь русской армии под предводительством врангелевского таланта.
Вернувшись, Елизавета Морицевна застала мужа в нелепой позе и возбужденном состоянии. Черты его лица одновременно выражали гнев и страдание. Иван Алексеевич объяснил:
— Действительно тяжелый сон, Саша. Но давайте пить чай!
Александр Иванович поправил халат, разгладил стихийные морщины на лбу и принял приглашение к столу.
Завтрак был скромным, но знакомые с детства блюда приятно грели душу и навевали легкую тоску о Родине. Завтракали молча, но каждый знал мысли друг друга, и это безмолвное общение было оживленнее самой интересной беседы. Если бы случайный свидетель забрел в сознание Александра Ивановича, он непременно прогулялся бы по Пресне да по Новинскому бульвару, отдохнул бы в тени лип в Сокольниках, погостил бы в Коломне… И случайному свидетелю было бы невдомек, сколько боли испытывает хозяин этих воспоминаний, волей рока и враждебной власти оторванный от Родины, лишенный земли под ногами.
— А мне тоже временами снится дом, – вспомнил гость. Елизавета Морицевна поддержала его желание обсудить происходящее в их жизни:
— Вы думаете, мы вернемся?
Бунин не стал отвечать, а неутешительные предсказания мужа она знала сама, и от этой истины хотелось рыдать. Если бы год назад кто-то сказал, что ждет в будущем этих людей, они непременно с ярой жадностью вкушали бы родные виды, чтобы теперь каждый уголок их памяти был полон только этими воспоминаниями.
Наконец, Александр Иванович обнадежил собеседников:
– Может, мы и не вернемся, но потомки вернут домой нашу литературу. А потому наш нынешний долг – писать, без прикрас и лжи, писать! Мы друзья нашим соотечественникам из Белой Армии, а друг хочет слышать голос поддержки, голос участия – голос далекого, но такого близкого друга!..
Сердца присутствующих трепыхались, словно их охватил озноб. Подвластный этому мышечному порыву гость собрался уходить.
– До свидания, Лизавета Морицевна! А ты, Сашенька, запиши это – про голос друга. До свидания!
И он ушел, никем не удерживаемый – на это у хозяев не осталось сил.
Весь день Александр Иванович писал. Писал вдохновенно и непрерывно, порхая пером над листами измаранной бумаги, а телом – над массивным письменным столом.
Окончив работу уже в сумерках, он спустился в гостиную, где его ждала дорогая жена. Она терпеливо вглядывалась в крупные капли начинавшегося затяжного дождя. Подойдя к ней и обняв ее за хрупкие плечи, Александр Иванович шепнул:
– Вот видишь, мы сегодня не увидим нашего милого спутника. Но как ты вчера предсказала восход Солнца, так и я предсказываю: мы вернемся на Родину, мы ворвемся в Петроград на поезде, разверзая пространство и разбрасывая его по сторонам густыми клубами дыма. Заскрипят половицы нашего дома, зашумит заскучавший по уходу сад, встречая нас бурными зелеными овациями. Мы найдем покой в родной земле и останемся живы во времени. Юные девушки и их кавалеры будут читать наши с Ваней повести, будут интересоваться участью заброшенных на чужбину писателей, непрестанно тосковавших по Отчизне. Я сегодня работал над «Юнкерами», а впереди еще много-много историй, которые я передам в наследство своему будущему читателю. Ты бледна, Лиза?
– Ты говорил, что Луну поглотил красный монстр. Врангель пал?..
Афонина Екатерина Валерьевна
- год рождения: 2000 (25 лет);
- город проживания: г. Мытищи, Московская область;
- место учебы: Московский физико-технический институт, очная аспирантура, г. Долгопрудный, МО.
Отголоски прошлого, отблески будущего
Современный мир, как бурная река, несущая обломки прошлого и всходы нового, не мог миновать и многострадальное наследие Белого движения. Для одних – это лишь пожелтевшая страница учебника истории, для других – незаживающая рана в памяти поколений, для третьих – путеводная звезда, мерцающая в поисках утраченных смыслов. Но что же являет собой "Белое движение" сегодня, в эпоху всепоглощающей глобализации, безжалостных информационных войн и грозных геополитических вызовов? Каковы его вечные, непреходящие истины?
Патриотизм и жертвенное служение Отечеству – краеугольный камень, не теряющий своей ценности в водовороте времени. Белое движение, несмотря на трагический финал, было овеяно высоким духом защиты России от полчищ врагов, как внешних, так и внутренних. Сегодня, когда священные понятия Родины и национальной идентичности вновь превращаются в арену ожесточенных споров, этот аспект обретает особую, пронзительную актуальность. Современный "белый" патриотизм – это отнюдь не воинствующая ксенофобия или слепой, оголтелый национализм. Это глубокое, осознанное чувство кровной связи со своей землей, неутолимое стремление к ее процветанию и неустанная защита ее жизненно важных интересов. Это готовность, не щадя сил, служить обществу, вносить свой посильный вклад в его благородное развитие, даже если это потребует горьких личных жертв.
Белые сражались за ту Россию, где главенствует закон, а не капризный произвол самодержца или всевластие толпы. Они мечтали о построении государства, покоящегося на мощных фундаментах правосудия, незыблемого уважения к неотъемлемым правам человека и животворящей свободе слова. В смутное время, когда зловещие тени авторитаризма и популизма сгущаются над миром, а хрупкие демократические институты подвергаются жесточайшим испытаниям, идея правового государства и гражданских свобод становится поистине бесценным сокровищем. Современное "белое" движение может и должно выступать за укрепление верховенства права, как щита, ограждающего от беззакония, за защиту конституционных свобод, как воздуха, необходимого для дыхания, и за непримиримую борьбу с коррупцией, как с разъедающей ржавчиной.
Для многих доблестных участников Белого движения вера и нравственность были неразрывной частью их мировоззрения, их внутренней сутью. Они видели в России хранительницу древних православных ценностей и стремились любыми средствами сохранить ее духовное наследие. Сегодня, в эпоху торжества потребительства и всепроникающего цинизма, обращение к духовным истокам и вечным нравственным ориентирам может стать неиссякаемым источником силы и несокрушимой устойчивости. Это необязательно слепое следование религиозным догмам, а скорее непоколебимая приверженность таким высоким понятиям, как честь, долг, милосердие, справедливость – тем добродетелям, которые во все времена составляли славу человечества.
Несмотря на внутренние разногласия, неизбежные в любом живом движении, Белое движение стремилось к объединению всех здоровых сил нации во имя спасения гибнущей России. В современном мире, раздираемом острыми социальными, политическими и экономическими противоречиями, идея единства и созидания приобретает пророческий, судьбоносный смысл. Это страстный призыв к конструктивному диалогу, к терпеливому поиску разумных компромиссов, к самоотверженной совместной работе над решением общих проблем, а не к бесконечным, бесплодным распрям, сеющим лишь вражду и разрушение.
Как же эти высокие смыслы проявляются в наши дни? Белое движение в его современном понимании – это не закостенелая политическая партия с жесткой, раз и навсегда заданной программой, а скорее живой организм, сотканный из идей, ценностей и действий, которые разделяют неравнодушные люди, искренне стремящиеся к светлому будущему для своей любимой страны.
Люди, разделяющие "белые" ценности, могут проявить себя в самых разных сферах общественной жизни. Это может быть деятельное участие в благотворительных проектах, оказание помощи обездоленным, активная защита окружающей среды, всемерная поддержка ветеранов и одиноких пожилых людей. Эти благородные действия, основанные на чувстве долга и искреннего сострадания, являются прямым и убедительным воплощением идеи служения обществу, как высшего призвания.
Независимое распространение знаний об истинной истории России, в том числе о Белом движении, свободное от идеологических искажений и предвзятых оценок, является важнейшей задачей. Это может быть организация лекций, увлекательных семинаров, исторических клубов, издание книг и статей, создание документальных фильмов, раскрывающих правду о тех трагических годах. Цель – формирование у граждан объективного представления о прошлом, извлечение мудрых уроков и предотвращение повторения страшных ошибок, омрачивших нашу историю. Важно подчеркивать не только военные аспекты Белого движения, но и его бесценное культурное наследие, огромный интеллектуальный вклад белой эмиграции в сокровищницу мировой культуры и науки.
Неустанная поддержка музеев, архивов, исторических памятников, связанных с Белым движением, является нравственным долгом каждого порядочного человека. Это может быть организация выставок, кропотливая реставрация памятников, бережный сбор и тщательная систематизация исторических материалов. Необходимо любой ценой сохранить память о героях и трагедиях Белого движения, чтобы не допустить забвения и чудовищного искажения истории.
Принципы законности и справедливости, за которые отважно боролись белые воины, актуальны и сегодня, как никогда. Активное участие в общественном контроле за деятельностью органов власти, смелое разоблачение коррупционных схем, поддержка свободных, независимых СМИ – все это может быть ярким проявлением "белого" духа в современном мире.
Неустанная поддержка независимых общественных организаций, развитие местного самоуправления, активное участие в выборах и референдумах – все это способствует укреплению демократии и защите прав граждан. Современные "белые" могут и должны выступать за расширение гражданских свобод, защиту свободы слова и собраний, развитие политической конкуренции – как залог здорового развития общества.
Белая эмиграция внесла неоценимый вклад в сохранение и развитие русской культуры за рубежом, в самые тяжелые годы гонений и лишений. Поддержка русских школ, культурных центров, библиотек за границей, распространение русского языка и литературы – все это способствует укреплению связей с соотечественниками и сохранению русской национальной идентичности, рассыпанной по всему миру.
Белое движение – это сложное и противоречивое явление, полное драматизма и героизма. Нельзя упрощать его до примитивной черно-белой картины, игнорируя полутона и оттенки. Важно учитывать все многообразие взглядов и мотивов его участников, а также трагические последствия братоубийственной Гражданской войны.
Современное "белое" движение – это не наивная попытка реставрации безвозвратно ушедшего прошлого. Это скорее отчаянный поиск ответов на современные вызовы, опираясь на те вечные ценности, которые разделяли многие участники Белого движения.
Нельзя отождествлять "белое" движение с какой-либо конкретной политической идеологией, застывшей в догмах. Это скорее набор принципов и ценностей, которые могут быть реализованы в рамках самых различных политических систем, стремящихся к благу народа.
В заключение, можно с уверенностью сказать, что Белое движение в современных реалиях – это не столько политическое движение, сколько нравственный компас, надежный ориентир в нелегком поиске непреходящих смыслов и вечных ценностей. Это страстный призыв к патриотизму, самоотверженному служению Отечеству, защите свободы и законности, сохранению духовных ценностей и неустанному стремлению к единству и созиданию. Это грозное напоминание о том, что история России – это не только славные победы и великие достижения, но и горькие трагедии и роковые ошибки, которые необходимо помнить, чтобы не повторять их в будущем. И, наконец, это неугасимая надежда на то, что Россия сможет преодолеть все трудности и построить, наконец, светлое будущее для своих граждан.
Алина Наджафова
год рождения: 23.09.2011
город проживания: Каменск-Шахтинский, Ростовская область
место учебы: МБОУ СОШ №3
Тальков – голос русского народа
«Поэты не рождаются случайно…»
Игорь Тальков
Более трех десятков лет назад покинул этот мир один из истинных «целителей уставших наших душ». Так Игорь Тальков в одной из своих песен именовал творческих людей. И именно так по праву мы можем называть и его самого, человека искусства, для которого не существовало запретных тем, за что он, однако, получил и безмерную народную любовь, и пулю прямо в сердце. До сегодняшнего дня, хотя официально в уголовном деле, наконец, поставлена точка, смерть Игоря Талькова «окружена глубокой тайной», как, собственно говоря, и его жизнь. Кто и по какой причине заставил навсегда замолчать «голос русского народа»? Что предшествовало этому трагичному событию? Или оно стало закономерным венцом им лично выбранного жизненного пути?
Кончина Игоря Талькова стала весьма неожиданной и многих попросту повергла в шок: его «звезда» по сути только-только ярко засветила на эстраде. Хотя музыку он любил с детства, широкой публике Игорь стал известен только в 1987 году после выступления на фестивале «Песня года» с песней «Чистые пруды», от которой многих из нас до сих пор невольно бросает в дрожь. Что и говорить, этот всегда печальный, но совершенно искренний взгляд не мог не привлекать внимание поклонников. И при жизни артиста, и после его роковой гибели не раз звучало мнение о том, что внешне он имел сходство с образом Христа на иконах. Действительно, можно согласиться, основание для этого давала и его стрижка, и борода, с которой он не пожелал расстаться даже ради лучшей роли в кино. Но еще больше это сходство, как мне представляется теперь, когда я смотрю на портреты Талькова, подтверждали его глаза, в которых читается страдание и непреодолимое желание помочь и спасти всех и каждого, и всю Россию, за судьбу которой так болело сердце музыканта.
Творчество Игоря Талькова нельзя, на мой взгляд, отнести к определенному жанру: оно находилось на стыке рок-музыки, авторской песни и даже попсы. Популярен он был не только и даже, наверное, не столько как лирический музыкант. Да, он умел сказать обо всем: о любви, о Родине, о Боге, о природе, о красоте, о поэзии, о политике – преград для этого человека не существовало. Это стало, думается, одной из причин народного признания: каждый поклонник находил у Талькова нечто свое, что вылечивало душу. Ведь его песни шли от сердца, были наполнены его искренними чувствами и, конечно, встречали отклик слушателя.
Нельзя, безусловно, не отметить, что особое место в творчестве Игоря Талькова занимали его песни острой социальной направленности. Рубеж 80-х и 90-х годов прошлого столетия – сложный для России период, время «перелома» устоев, когда у населения вместо надежды «будет лучше» появилась другая, более обоснованная – «лишь бы хуже не стало». Иными словами, время, когда, как пел Тальков, «…как на парад, вся страна шагает в ад широкой поступью…». И в тот момент, и предшествующие ему десятилетия наш народ опасался поднимать определенные темы: свежи были в памяти поколений определенные события и процессы. Все это пережила в свое время и семья Талькова, но это не помешало ему открыто выражать свое мнение, рискуя жизнью и свободой, со сцены во всеуслышание называть злом то, чему поклонялись и что боготворили долгие годы. Риск этот он, безусловно, понимал. Игорь постоянно «ходил по лезвию ножа», но продолжал писать, как он говорил в интервью незадолго до смерти, «по импульсу», а не специально. Своим девизом он считал свободу, никогда не создавал песен «на заказ», хотя ему это предлагалось за немалые гонорары. Даже политические песни он писал «по велению сердца», целиком и полностью пропуская их через себя.
Современником Игоря Талькова мне, к сожалению, стать не довелось: я родился почти через полтора десятка лет после трагедии, случившейся 6 октября 1991 года, когда роковая пуля попала в сердце гения. Более того, знакомство с его творчеством могу назвать случайным, но определенно судьбоносным. Еще подростком, перебирая старые вещи, я наткнулся на старый, но вполне исправный магнитофон и несколько кассет, которые, конечно, не использовались уже много лет. Имя мне было незнакомо, названия песен – тем более, но именно взгляд человека, изображенного на вкладыше привлек меня и на несколько минут погрузил в глубокую задумчивость. Попытка послушать кассету удалась: первым, что я услышал, были строки «…но только обманув себя, мы обмануть не сможем Бога». Качество звука, конечно, оставляло желать лучшего, но интерес разгорелся не на шутку. Спустя некоторое время из рассказов родственников и, конечно, из «всемирной паутины» я уже знал едва ли не наизусть многие песни Игоря Талькова, увлекся его биографией и, безусловно, предался тем же размышлениям, которые, судя по творчеству, терзали душу самого поэта. Я подолгу всматривался в фотографии певца, вдумывался в каждую строчку, написанную этим человеком, и, чем больше я узнавал о его жизни и смерти, тем более неординарной личностью мне казался Игорь Тальков, настоящим «божественным посланцем», глаза которого были «всегда печальны и верны мечте». Что дает основание таким мыслям?
Представляется, что необычная, если не сказать мистическая, роль Игоря Талькова в судьбе России просматривается уже в дате его рождения. 4 ноября наша страна празднует День народного единства, православный мир – День Казанской иконы Божьей матери, а поклонники певца вспоминают, что в этот же день в 1956 году родился один из великих сынов России, борец за справедливость, свято верящий Бога и в светлое будущее своей Родины. Но не только дата рождения предопределила его судьбу. Происходящее в России в ХХ столетии на его семье отразилось, как в зеркале, и не могло не сыграть своей роли в жизни ранимого, творческого человека с чистой душой.
Так, предками Игоря Талькова были казаки, владельцы крепких единоличных хозяйств, потому им пришлось столкнуться с раскулачиванием и его последствиями. Дед музыканта по линии матери был немцем по происхождению, значит, по логике советского руководства, являлся врагом народа, которого по этой причине отправили в Сибирь. Не брали на фронт и родных первого мужа матери Игоря: середняков приравняли к кулакам и отправили в Нарым, откуда возвращались калеками, если возвращались вообще. Ольга, мать поэта, попала под суд за укрывательство мужа Николая, который вынужден был скрываться лишь за то, что не успел в трехдневный срок сняться со старого учета и встать на новый. Супруги скрывались в лесной землянке, но из-за беременности Ольги вынуждены были предпринять попытку связаться с родственниками, взять вещи. Попытка была неудачной. Николая ранили и, предполагая, что рана все равно смертельная, он застрелился, чтобы не мучиться. Ольга позже попала в КПЗ, где и родила сына. Но старший сводный брат Игоря Талькова умер уже на втором году жизни в лагере для матерей, куда суд своим приговором на 10 лет отправил Ольгу.
В исправительном учреждении познакомились родители поэта. Его отец Владимир Тальков был арестован по политическому доносу как сын офицера царской армии. Он был профессиональным драматическим артистом, происходил из семьи полячки и казака, переехавших в Россию в 1914 году. Ольга тоже проявила себя как творческая личность, что, вероятно, объединило их отцом Игоря. Их первый сын Владимир родился еще в зоне, первые месяцы жизни мать к нему приводили под конвоем, а отца он не видел вообще. Вскоре Ольга Талькова освободилась и сразу уехала к своему отцу в Щекино Тульской области, куда он был сослан на шахты во время войны. Через год к ним присоединился освободившийся муж. А в 1956 году родился Игорь, ребенок, на которого матери было решиться непросто: условия жизни были весьма сложными. И, как потом скажет поэт, он «до 33 лет был простым советским нищим». Даже после реабилитации путь в столицу семье Тальковых был заказан. В Москву Игорь попал лишь в 1972 году.
Трудно даже вообразить, что при таком раскладе в первых стихах Игоря Ленин являлся сугубо положительным персонажем, что за негативное высказывание матери о Леониде Брежневе мальчик даже угрожал уйти из дома и вообще до поры до времени свято верил в коммунизм. Все изменилось, когда в 1970-х годах, что пришлись как раз на период юношеского максимализма и формирования жизненных ценностей, Игорь узнает подробности прошлого своих родителей, размышляет о коварности и всемогуществе известной многим 58 статьи Уголовного кодекса СССР. Ведь формально контрреволюционной деятельностью при желании можно было считать что угодно. Разочарование в советском строе было полным. Однако нельзя не отдать должное родителям музыканта: несмотря на пережитое, именно они привили сыну любовь к России, уважение к ее непоколебимым ценностям и святую веру в ее светлое будущее.
В антисоветские настроения Тальков погружался сам, постепенно, все глубже и глубже. На то были основания, что проявилось даже при получении Игорем образования. Он пытался поступить в хоккейную школу, затем в театральное училище в Москве, но не получилось. Некоторые из его биографов полагали, что именно судимость обоих родителей закрывала юноше возможность поступления в престижные вузы и в спортивную школу. Педагогически институт в Туле и институт культуры в Ленинграде он бросил сам, вероятно, поддавшись творческому порыву. Тогда, решив окончательно забыть о высшем образовании, Игорь Тальков посвящает жизнь музыке, к которой чувствовал тягу с детства. Однако в свое время единственным инструментом, который смогли позволить себе его родители, был купленный в кредит баян. Да и по музыкальной грамоте Игорь приносил в дневнике одни тройки. Это, однако, не помешало ему в дальнейшем достичь высот на этом поприще.
Гений-самоучка самостоятельно освоил фортепиано, гитару, скрипку. Очень любил саксофон, но так и не успел научиться на нем играть. В 1973 году Тальков пишет первые песни и является участником нескольких ансамблей, самодеятельных и профессиональных. Он на удивление легко вливался в музыкальные коллективы в качестве бас-гитариста, вокалиста и аранжировщика. Отслужив в армии, поэт отправился в Сочи. Но там в музыкальном коллективе Александра Барыкина он задерживается недолго. Работа была несложной, хорошо оплачивалась, но Игорю претило играть «по ресторанам». Позже были гастроли по СССР с группами «Калейдоскоп» и «Апрель». Были и новые песни, которые Тальков писал почти безостановочно, но их негде было исполнять, они ждали своего часа, а их автор по-прежнему оставался на вторых ролях. Исполняя чужие произведения, музыкант мечтал, что когда-нибудь кто-то оценит его талант композитора и поэта.
Работа в группе «Электроклуб» под руководством Давида Тухманова приблизила Игоря Талькова к популярности. Тухманов предложил молодому Талькову сольный номер – ту самую лирическую песню «Чистые пруды». Композиция стала хитом, певца стали приглашать на концерты, но славы певца-лирика ему не доставало: в этом статусе он бы не стал «голосом русского народа». Игорь Тальков покинул «Электроклуб» и основал собственную группу «Спасательный круг». Преданная аудитория у него уже на тот момент была, его лицо и его голос уже знали и любили, а песни, наконец, он смог исполнять свои собственные. Перестроечное время подхватило «певца протеста» и вознесло к вершинам популярности. Он возлагал большие надежды на происходящие в стране перемены, хотя во второй половине 1991 года ему становилось понятно, что изменения касаются только «вывесок», а «содержание» остается прежним.
Вместе с тем Игорь Тальков не желал сдаваться, строил планы по дальнейшей борьбе со всем тем, что мешало жить русскому народу. Об этом говорит даже название его группы – «Спасательный круг». Действительно, теперь «труды многих лет» увидели свет. Деятельность группы носила «просветительский характер»: должна была открывать людям глаза на происходящее вокруг, нести свет в их жизнь, быть «лучом света в темном царстве». Так оно и было, пока однажды «внутрироссийский океан перемен» не заштормило с такой силой, что даже спасательный круг, наполненный молитвами преданного сына страны, не выдержал…
При упоминании о «спасательном круге», спасении, молитвах, о Боге, нельзя не заострить внимание на образе Игоря Талькова, который для выхода на сцену он избрал отнюдь не случайно. Его даже именовали «князем русской песни». Кумир появлялся в домотканой белой русской рубахе с православным крестом на открытой груди, часто его украшал белогвардейский китель с георгиевскими крестами. Иными словами, поэт использовал все то, что всеми силами отрицала и уничтожала советская власть. Так Игорь акцентировал внимание на своем противоборстве с существующим строем и демонстративно указывал на уважение и любовь к дореволюционной, истинно русской атрибутике.
На мой взгляд, корни такого отношения к прошлому уходили к судьбам родственников певца. Знание их историй жизни и смерти и ужас от осознания всех последствий произошедшего во многом стали основой гражданской лирики Игоря Талькова. Ведь он понимал, что такой судьбы было удостоено большинство, и душа болела не только за родных по крови, но и за всю Россию. Оттого, видимо, его привлекало изучение истории нашей страны.
Интерес к прошлому был, наверное, продиктован более сердцем, чем разумом. По рассказам членов семьи Игоря, он мог целый день просидеть в архиве, а вечером на основе эмоций от прочитанного за пару часов написать песню. Так, думается, было с его творением «Россия». В небольшом количестве строк поэт охватывает и царский, и советский, и «перестроечный» периоды жизни своей Родины. «Забытой правды возрожденье» заставляет Игоря мучительно задаваться вопросом «…как ты смогла себя отдать?..». Своим поведением в обществе и на сцене, своими творческими шагами, своей неподкупностью и постоянным поиском справедливости Тальков, безусловно, ставил себя под удар. Быть может, в тот непростой период ему стоило повременить с гражданской лирикой, но ведь она рвалась из его сердца, и никакие политические оковы не смоги сдержать ее.
Близкие Игоря Талькова, хорошо знакомые с деталями его непростой жизни, буквально в один голос говорили, что риск был буквально вторым именем этого человека. Смерть приближалась к нему дважды, но, видимо, у Бога еще были на него планы в нашем грешном мире. Еще в детстве Игорь отдавал предпочтение опасным играм. Он попросил друзей пережать ему сонную артерию до тех пор, пока не потеряет сознание. Цель была достигнута: мальчик отключился и долго не приходил в себя. Вовремя подоспевший его старший брат Владимир стал изо всех сил бить Игоря по щекам, чем в конце концов привел его в чувства. Вторая встреча со смертью произошла уже не по глупости и отнюдь не инициативе самого Талькова. На гастролях в Таджикистане техники неправильно заземлили аппаратуру. Игорь, благополучно отыграв концерт, пошел за кулисы, а там резко взмахнул руками, упал и потерял сознание. Оказалось, что под ногами валялся провод от злополучной аппаратуры. К счастью, в этот раз Талькова тоже удалось вернуть к жизни. Очевидцы говорили, что несколько минут не могли разомкнуть пальцы певца, чтобы забрать гитару из рук, струны которой буквально приварились к коже.
Этот инструмент вообще составлял с Игорем Тальковым единое целое и, как оказалось позже, был и символом жизни, и даже «намекнул» на несчастье: не раз вспоминали поклонники о порвавшейся накануне струне, что в среде музыкантов является очень плохой приметой. Так, 5 октября
Нельзя не вспомнить о «генеральной репетиции» этой трагедии. Игорь Тальков проявил себя и в кинематографе. И 6 октября
После гибели поэта его строки «…сегодня или завтра уйду и я таинственным гонцом…», безусловно, стали восприниматься как предсказание случившегося. Более того, в прессе, конечно, вспомнили его пророческие слова, произнесенные им. В 1983 году Игорь летел со своей группой на самолете в Тюмень на концерт, самолет попал в грозовое облако, началась паника. А Тальков им сказал: «Не бойтесь. Пока вы со мной, вы не погибнете. Меня убьют при большом стечении народа и убийцу не найдут». Возникают разные мысли… Не оттого ли он всюду торопился, боясь не успеть до обозначенного Всевышним срока, о котором знал точно или смутно догадывался? Или «подсказывали» ему это разного рода угрозы? Ведь Игорю Талькову часто, в том числе за несколько дней до гибели, поступали звонки, о которых он предпочитал не рассказывать даже горячо любимой супруге, не желая пугать ее. Или же случившееся можно списать на стечение обстоятельств и считать роковую пулю случайно попавшей в любимца публики?
Вопросов до сих пор больше, чем ответов. Брат Игоря Владимир, первый услышавший его песню «Россия», сразу ему сказал, что это произведение – смертный приговор, собственноручно подписанный Тальковым. Ольга Талькова, мать поэта, тоже считала пулю «благодарностью» за правду о России, но понимала, что сын не мог поступить иначе. Как известно, Бог забирает к себе лучших и точно в назначенное время. За свою короткую жизнь Игорь Тальков выполнил свою миссию, пройдя предначертанный ему земной путь. Он часто повторял: «Можно убить тело, но нельзя убить душу». Так и случилось с ним. Его отозвали «высшие миры, неведомые нашему сознанью, по правилам космической игры». Он убит физически, похоронен, но не забыт: открыт музей Игоря Талькова, его именем в российских городах называют улицы, а главное, он сдержал слово, он вернулся к нам в нашем сознании, в нашей памяти и «в песнях и стихах своих» продолжает жить.
Батовский Игорь Алексеевич
Дата рождения: 31.12.2004
Город проживания: Стрежевой
Место учебы: Стрежевской филиал Областного государственного бюджетного профессионального образовательного учреждения "Томский промышленно-гуманитарный колледж"
Голос русского народа. К 70-летию со дня рождения и 35-летию убийства И. В. Талькова
Вступление
Игорь Владимирович Тальков – великий русский поэт, певец и композитор. Прийти к пониманию, изучению и любви к творчеству этого человека, на мой взгляд, не так просто, как кажется. Его не достаточно просто слушать. Понять его можно только после подробного изучения истории России. И уже после этого, прослушивая песни Игоря Талькова, особенно социально-политические, можно услышать крик души автора. Начать чувствовать всю ту боль, пережитую нашей Родиной, и после этого на сердце остаются настолько глубокие раны, что кажется – залечить их уже невозможно.
Я стал поклонником творчества Талькова не так давно. После этого я понял, что прийти к нему, особенно сейчас, можно только самому. Об этом я и собираюсь рассказать.
Заблуждения
Что ж, начну с самого начала, то есть с раннего детства, когда сказка о волшебной идее коммунизма и ее достижениях вызывала восторг и ничего более. Теперь, вспоминая это, даже становится смешно. Но, вот такие мысли были в детстве. Уже тогда я очень любил музыку. Конечно же, тогда мне было не понять смысл большинства композиций. Именно поэтому, услышав песню «Чистые пруды», в исполнении Игоря Талькова, я не стал возвращаться ни к этой песне, ни к самому исполнителю. В то недалекое время, которое я сейчас описываю, еще можно было услышать лирические произведения Талькова на радио, поэтому я часто слышал их, но не предавал значения. Что называется, не созрел...
Прозрение
Примерно через лет 5 я увидел по телевизору документальный сериал про династию Романовых. Как мне кажется, это стало переломным моментом. Эпизод, который я увидел, был про Александра II. Меня повергло в шок, когда начали рассказывать про убийство Императора. Просто не укладывалось в голове! Как? За что?
После этого я начал изучать историю России буквально от Рюрика. Когда я дошел до 1917 года, наступило непонимание. Октябрьская революция – это же государственный переворот. Почему его главари, буквально через несколько страниц, становятся национальными героями? Где логика? Позже пришло осознание, что 1917 – это не год, когда страна наконец сбросила с себя гнет царей-узурпаторов, а год национальной трагедии и обрыва исторической связи между поколениями. Главари же русского майдана, оказывается, не создали самое справедливое и лучшее государство на планете, а уничтожили его. Несогласных же просто убивали, тем самым устрашая оставшихся в живых. Получилось, надо признать, блестяще, до сих пор далеко не все осмелились поднять голову и трезво взглянуть на произошедшее, а самое главное – признать и осудить злодеяния большевиков, хотя они могут быть примерами нарушений Конвенции ООН, созданной много позже. Но сейчас не об этом...
Сила музыки
Как-то осенним вечером я увидел документальный фильм про Игоря Талькова и вспомнил, что мой дедушка слушал его песни, и слова из них совпадают с моей точкой зрения. Я нашел записи в Интернете и нажал на первую попавшуюся. Это была «Россия»...
Мои понятия о музыке перевернулись. В песне было столько боли, что на глаза невольно наворачивались слезы. В первый раз я ощутил невероятную способность слова и музыки – практически убить. Это сложно передать словами... Как будто кто-то разрывает тебя изнутри с чудовищной силой. С того момента я стал поклонником творчества Игоря Владимировича Талькова. Хотя лирические произведения поэта тоже близки моему сердцу, речь все же пойдет о социально-политических песнях, поскольку именно в них переданы все страдания русского народа. Эти песни очень тоскливые и тяжелые в эмоциональном плане, но они дают ту самую веру в торжество добра. Слушая их, появляются силы жить и следовать курсу, если не возвращения, то сближения с дореволюционной Россией. Думаю, что потягаться с такой душевностью могут только русские народные песни, созданные не по моде, а написанные сердцем.
Что для меня творчество Игоря Талькова?
Сложно ответить на этот вопрос точно. Это боль и радость, отчаяние и решительность, страх и дерзость... Тальков смог совместить в своем творчестве все человеческие эмоции, причем не искусственно, а по-настоящему. Он говорил о том, о чем многие предпочитали молчать, и в первую очередь – об оценке личностей и событий в истории нашей страны. Конечно, каждый по-своему толкует смысл чего угодно, поэтому я расскажу о своем понимании значимых для меня песен Игоря Талькова.
Начну я с «России» – первой, услышанной мною, социально-политической песне. В ней я увидел и величие страны, и ее крах в результате предательства. На музыкальном спектакле Суд 9 мая 1991 года, о котором речь пойдет позже, вместо слова «забытой» правды в последнем куплете, Тальков поет «забитой», что ярко описывает замалчивание, искажение и забвение истинной истории России, начатое в СССР, и отчасти продолжающееся по сей день.
В песне «Бывший подъесаул» описана история, как мне кажется, не только одного человека – Ф. К. Миронова, но и многих других, предавших Родину и по-разному закончивших свои дни: кто-то погиб в Гражданскую войну, кого-то расстреляли, кто-то застрелился сам, кто-то дожил до глубокой старости и, возможно, неплохо жил, помалкивая в тряпочку. Но как бы то ни было, «затон все хранит ордена и кресты, и вросли в берега золотые погоны». То есть предатели стали героями и до сих пор, в большинстве своем, ими остаются. Странно, не правда ли?
Песнями «Глобус», «Дядин колпак», «Полугласность» и «Совки» Тальков красочно описывает всю сущность Советского строя и его строителей. Близка к ним по смыслу и «Господа-демократы», раскрывающая истинное лицо «борцов за справедливость», которые подарили миру утопичные идеи, нереализуемые в реальности.
«Метаморфоза», «КПСС», «Кремлевская стена», «Господин Президент», «Стоп! Думаю себе» – это та самая грусть из-за несбывшихся надежд. И поэтому, логический ряд здесь продолжат следующие песни: «Родина моя», «Война», «Я вернусь». Именно в этом порядке, потому что сначала наступает понимание состояния страны, сошедшей с ума, потом осознание того, что война не закончена, и вернуться с нее можно только после полной победы. В каждой из этих песен есть призыв не опускать руки и продолжать сражаться за правое дело.
Про «Чистые пруды», я считаю, нужно написать отдельно. Авторство этой песни принадлежит не Талькову, а Давиду Тухманову и Леониду Фадееву, но именно Игорь Владимирович исполнил ее как никто другой. Сам певец говорил о том, что она сослужила ему отрицательную службу, сделав из него лирического героя в глазах публики. Спорить с этим я не вправе, но мне кажется, что каждый исполнитель вкладывает в исполнение той или иной песни что-то свое. Держа это в уме, можно сказать, что «Чистые пруды» можно считать горьким воспоминанием о потерянной дореволюционной России, которую, как и детство, уже не вернуть. Я считаю именно так, и поэтому данную лирическую композицию вставил в один ряд с социально-политическими.
Конечно, это не все песни Игоря Талькова, но для меня они самые значимые, включая еще одну, выделяемую мной отдельно – «Бал Сатаны». И здесь я сделаю отступление и расскажу о настоящем шедевре, созданном Игорем Владимировичем – музыкальном спектакле «Суд»...
«Встать, суд идет...»
Мюзикл «Суд» был посмотрен мной относительно недавно, но воспоминания о нем уже стали одними из самых сокровенных. Итак, как говорил сам Тальков, он пел свои социальные песни, потому что его волнует судьба Родины. Он старался быть впереди и пытался повлиять на ее дальнейшее развитие и возвращение к истокам. В первой части концерта «Суд» Тальков исполнил песни, обличающие коммунистов и их хозяев. Тем, кто не хотел слушать этот «крик души», он посоветовал заткнуть уши и попросить соседа, чтобы тот толкнул, когда начнутся «Чистые пруды». Каждый зритель и тогда, и сейчас – это присяжный судебного заседания над теми, по вине которых была уничтожена Россия. Тальков сразу берет на себя ответственность за каждое слово и жест и говорит, что не претендует на истину, а просто передает информацию. Уже здесь он показывает свою смелость и решительность, потому что песни, прозвучавшие далее, вкупе с происходящим на сцене – это настолько дерзкое предприятие, что, наверное, и сейчас на него очень мало бы кто решился. Недаром этот концерт и сам поэт старательно не то чтобы предаются забвению, но не вспоминаются и не освещаются широко. Нет, неправильно, почти вообще не освещаются, кроме нескольких документальных фильмов. Описывать причины, по которым это происходит, я не считаю нужным.
Далее я не буду излагать содержание концерта, его и так можно найти в свободном доступе. Я буду писать о том, что меня, так сказать, зацепило и по какой причине.
Очень яркими были слова о полном уничтожении генетического фонда России по вине вождей-палачей. Продолжая свою мысль, Тальков говорит, что все же, несмотря на это, Россия поднимается, и народный суд над убийцами все равно будет. Он – закономерный итог, к которому мы, к сожалению, так и не пришли. Мне кажется весьма интересной следующая деталь – в песнях Игоря Владимировича вместо слов «восьмой десяток лет» прекрасно вписывается в рифму «вторую сотню лет».
В процессе изучения творчества композитора можно сделать логичное умозаключение – оно является актуальным и сейчас. Даже на примере «Суда»: на протяжении всего концерта поэт говорит о том, что коммунисты уничтожили Россию, и продолжают это делать, и ничего не меняется, кроме формы. Разве нет? Разве убран мавзолей? Разве сняты звезды с Кремля? Разве не «в святой стене лежат палачи и гады»? Разве память-затон не хранит ордена и кресты, и предатели Родины считаются таковыми? Разве возвращена историческая топонимика в нашей стране? Разве убраны памятники палачам и предателям? Ну и наконец, разве произведен суд над КПСС и ее последователями? Ответ предельно прост – нет!
Отдельное впечатление произвело исполнение песни «Россия». Прочтение «Когда-нибудь устанет зло...», бой в колокол – все это западает прямо в душу. А пародия на Ульянова-Ленина – из ладони сделать фигу – просто потрясающе. Дальнейшее же обращение к нему – посыл всем врагам России о том, что мы поднимаемся, прозреваем и проклинаем тех, кто нас когда-то пытался уничтожить, да не смог. Нет такой силы, которая победила бы русский народ!
В начале второй части спектакля поэт признается: «Я не пророк, но мне почему-то кажется, что то, что мы там увидим – в нашем будущем сегодня – оно будет именно так. Именно так, и никак иначе». И, наконец, к песне «Бал Сатаны». В ней обозначены мечты, наверное, каждого патриота России. Вера в то, что этот чертов бал, когда-нибудь закончится, придает силы для борьбы и надежду, что, как и сказал Тальков, этот конец увидят уже дети поколения поэта. Здесь в логический ряд прекрасно вписывается последняя песня концерта – «Метаморфоза». Нельзя допустить повторения 1991 года, когда произошла именно метаморфоза, а не победа русского народа. Это заметно, ведь «перестроить можно рожу, ну а душу никогда»! Что ж, не будем отчаиваться, а будем идти к возрождению великой исторической России и все, кто борется за это, наконец, вернутся с войны...
«Погиб поэт!..»
Да, именно этим стихотворением М. Ю. Лермонтова можно описать смерть поэта и композитора Игоря Владимировича Талькова. Можно долго и упорно спорить, кто виновен в его смерти, но разве это что-то изменит? Мне кажется, да. Конечно, Талькова не воскресить, но важно понять, кто же виноват и почему произошло то убийство. Это, скорее всего, будет ответом на существующие вопросы, а не повод задать их еще больше.
Стихотворение «Смерть поэта» было посвящено А. С. Пушкину, но позвольте, разве Игорь Владимирович не достоин столь высокого места? На мой взгляд, полностью достоин. Его вклад в русскую культуру неоценим. Он не боялся говорить то, что думал, хотя это много кому не нравилось и не нравиться до сих пор. Прозвучит очень дерзко, но я считаю, что так и есть: его голос – это голос русского народа, который устал от бесконечного вранья и большевистской пропаганды. Такие поэты, как Тальков являются резонаторами этого голоса, усиливая его и пытаясь вразумить тех, кто еще не встал на путь истинный. Как пел он сам, они «не рождаются случайно, они летят на землю с высоты». Их посылает Бог, и, к сожалению, рано забирает от нас. «Они уходят, не допев куплета», но именно благодаря им появляются те, кто не опускает руки и борется до конца. Это трудный путь, он не бывает легким, но самое главное – найти его и утвердиться на нем. Это всегда самостоятельное решение. Мне его помогло принять творчество Игоря Талькова. Я пришел к нему сам, когда понял о чем оно, а главное – зачем. С тех пор пытаюсь не сворачивать с выбранного пути. И хотя идти очень трудно, я верю – оно того стоит!
Туманов Федор Сергеевич
г. Боровичи, Новгородская обл.
МАОУ СОШ №1
«Русская настоящесть»
Нанесли урон деревне.
Зацепила чем-то она.
Не смогли смириться;
Отличалась сильно она.
Деревня – это жизнь,
Пышные поля-леса,
Синее небо в сердце,
И радость внутри всего тебя.
Нанесли урон деревне.
Враги решили жизнь сменить.
Привнести серьезные крушенья,
Но небо пристально глядит на них.
Восстали наконец-то люди. Молодцы открыли глаза и осознали: «Что ж творится! Какие процессы происходят здесь, у нас!» Сознательно пытались в людях заглушить стремление к тому, чтобы заниматься именно своим. Хотели внушить народу улучшение не своего, а «общего», которое и есть чужое.
Началась, как всегда, идеологическая война. Коммунизм несовместим с христианством. И русская часть сопротивленье начала.
Исходя из убеждений Леонида Ивановича Бородина, становится ясно, что для нашей страны важнее всего с Богом быть, в чем и заключается истинность русской жизни, которую пытались в недавнем прошлом искоренить. Однако время все расставит на свои места; и то, что есть «настоящесть», сияньем ослепит тех, кто пытался ее подменить.
Русский писатель, поэт и прозаик писал: «Чудо – это то, что вопреки! Чудо – это то, чего, как правило, не бывает! А бывает оно, следовательно, вопреки правилам…» И ему самому удалось стать тем самым чудом, отгадавшим зов России. В нашей стране без веры жить нельзя. И Леонид Иванович Бородин отмечает: «… неверием долго жить нельзя! Совсем нельзя!»
Без веры к людям приходит тоска, способная к летальному исходу души привести. Что раскрывает Бородин: «Тоска – это голос из ниоткуда; тоска, которая есть пустота, в каждом человеке пребывает, как не проросшее семя. Не дай Бог пустить ему ростки. А когда тоска в полной явности проявляется – это и есть смерть». Однако к тоске склонен именно наш русский народ, которому свойственно думать не только о чем-то земном, материальном и поверхностном. Тоска может приходить к тем, кто способен осознать бытие, и прийти однажды к мысли о том, что, возможно, никакого смысла жизни вовсе нет? И тогда пламенный привет передает смертельная тоска. Но Леонид Иванович пишет: «…правда чувств куда необъятнее правды обнаруженных нами законов мира, в котором мы живем!» И чувства, обращенные к вечности и Богу, вновь способны оживить и от тоски спасти.
Бородин, конечно, выделяет истины, которые могут вернуть человека к тоскливому состоянию: «Люди стареют и умирают. Зеркало, запечатлевшее мгновение, имеет и цену мгновения, и истина изображения мгновенна в нем. Вечны лишь великие деяния людей! Понимают ли люди разницу вечного и мгновенного?»
Но и эта тоска способна уйти, оставив после себя на душе спокойствие и легкость. Сам Леонид Иванович Бородин – это воплощение вечности, несмотря на то, что людям свойственно стареть и умирать. Его произведения, а также сама жизнь, запечатлены в жизни нашего государства. Те, кто поднимает вечные вопросы, обречены на то, что кто-нибудь да точно их запомнит. И для памяти нет таких преград, как старение и смерть.
***
Мгновенья молодости сохраняются навек:
Они создали каждого фундамент.
И пронесешь через всю жизнь
Ты то, что произошло с тобой когда-то.
Ни теченье лет вперед, ни смерть!
Ничто не сможет стереть жизнь.
Как была, так и будет, вновь протекать,
И нестись все дальше и дальше.
Мгновенье однажды замрет,
И ты вместе с ним перестанешь бежать.
Оглянешься и вспомнишь вновь все,
В памяти снова будешь вечен и молод.
Сиянова Валерия Евгеньевна
Год рождения: 2003
Город проживания: Биробиджан
Место учебы: Приамурский государственный университет имени Шолом-Алейхема
Давший нам нашу историю. К 260-летию Н.М. Карамзина
История – это не просто пересказ минувших событий, а самое настоящее дыхание прошлого, которое передано нам через мысли и слова. Я считаю, что мы во многом обязаны Николаю Михайловичу Карамзину. Хотя бы за то, что благодаря нему мы знаем свою историю через величественное произведение о судьбе нашей нации. В 2026 году 260 лет исполняется со дня рождения данного великого историка, писателя и мыслителя, чей труд «История государства Российского» я считаю не просто книгой, а самым настоящим откровенным разговором для современников Карамзина и наших потомков.
Николай Михайлович Карамзин – один из преобразователей литературного языка. Его произведения «Бедная Лиза» и «Письма русского путешественника» относятся к сентиментализму и являются весьма интересными, однако мне Карамзин больше запомнился как тот, кто верой и правдой служит истории. Я считаю, что он проделал огромный труд, так как до него никто не сумел создать один полный исторический нарратив, который смог бы объединить в себе и летописи, и документы, и хроники. Николай Михайлович был действительно гениальным человеком, так как смог собрать источники в эпическое произведение, проделав титанический труд.
«История государства Российского», как известно из открытых источников, писалась более двадцати лет, включая в себя целых двенадцать томов. Я считаю, что в этих двенадцати томах Карамзин не просто констатирует факты, а осмысляет прошлое, делая успешные попытки понять, каковы же были трагедии и победы в русской истории. Исходя из текста, можно сделать вывод о том, что Николай Михайлович не боялся честно оценивать те или иные поступки. Примером тому можно назвать прозвище, данное им Ивану Грозному: «мучитель». Я считаю, что его труд не столько научный, сколько художественный, в котором он дал ему яркие образы.
На мой взгляд, история – это главная основа национального самосознания. До Карамзина описание истории России было занятием узкого круга ученых людей. Заслуга Николая Михайловича же заключается в том, что он сделал историю нашего государства достоянием всего народа. Вспоминаются слова Пушкина: «Древняя Россия, казалось, найдена Карамзиным, как Америка – Колумбом».
Я считаю, что Николай Михайлович грамотно показал всем, что история является фундаментом национальной идентичности. Через его труд русские увидели себя наследниками великой державы, осознав связь времен. Концепция Карамзина, которую он заложил в свой труд, стала основой для будущих исторических дискуссией. Даже враги Карамзина, коих было немало, в числе которых были и декабристы, опирались на его работу, не смея ее игнорировать.
Сейчас история вновь стала местом споров и битв идеологий, но труд Николая Михайловича остается объективной точкой зрения даже в данный период жизни. Я считаю, что Карамзин весьма ясно показывает то, что история – это наука, искусство, но не политический инструмент. История требует честности и таланта.
260 лет со дня рождения Карамзина – хороший повод задуматься о том, как мы воспринимаем то историческое наследие, которое нам досталось. Я считаю, что именно Карамзин дал нам то, из чего формируется наша память о предках, будущее и культура.
Николай Михайлович Карамзин подарил нам историю нашего народа. Его труд является тем самым мостов, который сумел соединить поколения и позволил русскому народу принять и понять то, что мы являемся великой цивилизацией.
Мелконян Карина
Год рождения: 2007
Город проживания: Новосибирск
Место учебы: Государственное автономное профессиональное образовательное учреждение Новосибирской области «Новосибирский колледж печати и информационных технологий» (сокращенное название ГАПОУ НСО «НКПиИТ»)
Петр Нилович Черкасов – герой Балтийского “Варяга”
Введение
Сегодня имя Петра Ниловича Черкасова в России помнят немногие: кучка любителей военно-морской истории да краеведы. А вот на Западе капитан Черкасов и его корабль «Сивуч» остаются символом того, как русские сражаются на море: погибают, но не сдаются. Восхищение русским героем выплеснулось в демонстрации во славу русского оружия по всему миру: французы, англичане и даже австралийцы и жители Новой Зеландии вышли на улицу с российскими флагами. В те дни английская газета «Стар» вышла с большим заголовком «Славная морская победа России». «Пройдут годы, позабудутся события этой войны, но подвиг «Сивуча» останется в истории», — писало британское издание1. за канонерской лодкой капитана Петра Ниловича Черкасова навсегда закрепилось имя «балтийского «Варяга».
К сожалению, советской власти все, что связанное с именем царского офицера и героя «империалистической» войны, так называли большевики и коммунисты Первую Мировую, было чуждо, и имя Петра Черкасова на многие десятилетия было предано незаслуженному забвению. По мнению писателя Е.В. Семеновой, большевистская власть не любила вспоминать героев оболганной ими войны2. Мы недостаточно хорошо знаем нашу историю и еще меньше нам известно о подлинных героях былых времен. События Первой Мировой войны 1914 – 1918 годов, названной в России Великой и Второй Отечественной войной, отодвинутые на второй план многочисленными потрясениями и трагедиями первой половины XX века, зачастую и вовсе малоинтересны для наших современников. А между тем, это не только война, навсегда изменившая мир, но и время, когда наиболее ярко проявилась сила духа русского народа.
Как говорится, время собирать камни, а не разбрасывать. 24 августа 2006 года в Володарске Нижегородской области, был заложен памятный камень на месте будущего памятника П. Н. Черкасову. Памятник Петру Ниловичу Черкасову установлен 6 мая 2017 года. А еще раньше, 20 октября 2008 года в Нижнем Новгороде открыли памятную доску капитану 1-го ранга Петру Ниловичу Черкасову. Она расположена на здании бывшего Александровского дворянского института (ул. Варварская, дом 3, здание НГОУНБ), в котором Черкасов учился с первого по второй класс.
Но мы, будучи потомками и наследниками русских героев Первой Мировой (Великой и Второй Отечественной) войны 1914 – 1918 годов, должны помнить, чтить и никогда не забывать подвиг капитана 1-го ранга Петра Черкасова и канонерки «Сивуч», вошедшей в историю как «Балтийский “Варяг”». В пантеон героев России и в Бессмертный полк Первой Мировой войны должны войти гвардейским шагом капитан 1-го ранга Петр Нилович Черкасов (1882 – 1915) и герои-моряки канонерки «Сивуч», чей подвиг равняется подвигу матросов «Варяга» в Русско-Японской войне 1904 – 1905 годов. В связи с этим тема, посвященная Петру Черкасову и канонерке «Сивуч» вызывает интерес.
Актуальность данной темы заключается, в том, что подвиг Петра Черкасова и моряков канонерки «Сивуч», совершенный 6 (19) августа 1915 года, является одной из малоизвестных и полузабытых страниц героического прошлого России и поэтому не получил широкого осмысления. Память о подвиге Петра Черкасова и моряков канонерки «Сивуч» надо сохранять и беречь для будущих поколений русских людей в целях патриотического воспитания.
В очерке рассматривается капитан 1-го ранга Петр Нилович Черкасов (1882 – 1915), его боевой путь, пришедшийся на Русско-Японскую (1904 – 1905) и Первую Мировую (1914 – 1918). Особый акцент сделан на подвиге канонерки «Сивуч» и его экипажа во главе с капитаном 1-го ранга П.Н. Черкасовым (1882 – 1915), который стал бессмертным в памяти поколений русских людей.
Объектом исследования служат сам Петр Нилович Черкасов и моряки «Сивуча», совершившие подвиг на берегах Балтики во время Первой Мировой войны.
Предметом исследования служит обстановка, которая сложилась вокруг канонерки «Сивуч» во время боя против немецкого флота в Рижском заливе в августе 1915 года и ее ключевое значение в истории Первой Мировой войны.
Гипотеза исследования заключается в том, что с помощью очерка нужно познакомиться с подвигом Петра Ниловича Черкасова и канонерки «Сивуч». Мы должны узнать, почему канонерку «Сивуч» назвали «Балтийским “Варягом”». Мы должны понять, почему русские моряки вместе с Петром Черкасовым не сдались немцам подобно героям «Варяга».
Цель очерка: исследовать биографию Петра Черкасова, а также показать условия, в которых оказалась канонерка «Сивуч» с ее экипажем, и что помогло им выстоять в борьбе против немецкого флота.
Для достижения цели, выдвинуты задачи следующего характера:
- Собрать необходимую информацию по теме исследования;
- Рассмотреть героизм и поведение капитана 1-го ранга Петра Черкасова и русских моряков в сложных психолого-моральных и военных условиях.
В исследовании были использованы следующие методы:
- Указание источников информации по теме исследования, а именно книги Е.В. Семеновой «Забытые герои Великой войны 1914 – 1918», В.В. Бондаренко «Герои Первой Мировой» и «100 великих подвигов России», статьи А. Авдеева «О морской династии Черкасовых», Е. Федоровой «Забытые герои Великой войны: Петр Черкасов», Ю.Ю. Мелконова «Балтийский «Варяг» — рассказ о последнем бое П. Н. Черкасова», М. Шкуркина «П.Н. Черкасов. Смертью запечатлел свой подвиг»;
- Поиск редкой информации в Интернете о Петре Черкасове и канонерке «Сивуч»;
Практическая значимость данной работы состоит в том, что ее материалы могут быть использованы на уроках истории и мероприятиях, общешкольных и классных мероприятиях, посвященных патриотическому воспитанию.
(Все даты событий, представленных в этом очерке, датированы по старому стилю).
Глава 1. Начало пути капитана Петра Черкасова
Петр Нилович Черкасов родился 19 июня (1 июля) 1882 года в Нижнем Новгороде в семье морского офицера, капитана I ранга Нила Васильевича Черкасова и его 29-летней жены Ольги Алексеевны, урожденной Турчаниновой, дочери предводителя нижегородского дворянства. Нил Васильевич Черкасов был опытным моряком — служил в офицерских чинах с 1862 года, два года провел в заграничных плаваниях, ходил на корвете «Витязь» и фрегате «Ослябя»1. В 1885 году получил чин капитана 2-го ранга. Забегая вперед можно сказать, что в отставку Нил Васильевич вышел в 1899 году в чине флота генерал-майора, после чего был членом правления Русско-Дунайского пароходства и владел тремя собственными коммерческими судами — пароходами «Катунки», «Вольск» и «Петр»2.
На момент рождения Петра Черкасовы снимали в Нижнем Новгороде второй этаж в доме купчихи Зябловой, на углу Большой и Малой Печерской улиц (ныне Большая Печерская и улица Пискунова). В этом же доме размещалась контора Общества спасения на водах, главой которого являлся Н.В. Черкасов. Семья была большой и дружной — у Петра были старшие братья Алексей, Анатолий, Василий, Леонтий и две сестры, старшая Вера и младшая Ольга. После рождения седьмого ребенка, в декабре 1884 года, Ольга Алексеевна Черкасова заболела и вскоре скончалась. Нил Васильевич переживал смерть любимой жены очень тяжело3.
Как и отец, Василий и Анатолий Черкасовы стали офицерами военно-морского флота. И неудивительно, что имея перед глазами примеры Нила Васильевича и старших братьев, Петр Черкасов тоже с детства определился с выбором будущей профессии. После окончания двух классов Александровского дворянского института он поступил в петербургский Морской кадетский корпус. Это учебное заведение было элитным — в него принимались только дети флотских офицеров и потомственные дворяне. Учебный план был чрезвычайно насыщенным — в него входили такие дисциплины, как навигация, электротехника, кораблестроение, морская съемка, физическая география, пароходная механика, минное дело, девиация компасов, морская артиллерия, теория корабля, фортификация, астрономия, морская тактика… По окончании годичного курса корпуса гардемарин Черкасов был произведен в первый офицерский чин мичмана. Это произошло в сентябре 1900 года4.
Первым кораблем, на котором выпало служить юному офицеру, стал только что вступивший в строй эскадренный броненосец «Пересвет». Там же служил и старший брат Петра Василий. В составе экипажа «Пересвета» братья совершили длительное плавание — переход на Дальний Восток. Это путешествие началось 11 октября 1901 года в Кронштадте и завершилось в Порт-Артуре 5 апреля 1902 года5.
Следующим кораблем Черкасова стал миноносец «Властный», на котором Петр Нилович принял боевое крещение в Русско-японскую войну6.
Глава 2. Во время Русско-Японской войны и в межвоенный период.
С началом Русско-японской войны «Властный», входивший в состав 1-го отряда миноносцев Первой Тихоокеанской эскадры, активно включился в боевые действия (только за первый месяц войны корабль выходил в море 11 раз)7.
К этому времени относятся первые отличия Черкасова. 26 февраля
27 июля «Севастополь» выдержал тяжелейший бой при второй попытке прорыва русской эскадры из Порт-Артура. В этом бою Черкасов получил ранение в голову и две контузии, но из боя не вышел и отказался от медицинской помощи.
Осенью Петр Нилович участвовал в боевых действиях не берегу, командуя десантной ротой, в составе которой сражались 180 моряков «Севастополя». 25 ноября, когда положение русской эскадры стало окончательно безвыходным, адмирал Р.Н. Вирен дал приказ перевести «Севастополь» в бухту Белый Волк и готовиться к прорыву блокады. В ночь на 30 ноября семь японских миноносцев атаковали русский корабль, но морякам «Севастополя» метким артиллерийским огнем сорвали атаку, а один из вражеских кораблей был сильно поврежден. 2 декабря уже 23 корабля противника напали на броненосец. Но «Севастополь» вновь избежал гибели, а слаженные действия артиллеристов доставили врагу немало хлопот10.
3 декабря в очередном бою корабль получил серьезные повреждения, и 19 числа пришел приказ затопить броненосец в связи со сдачей крепости Порт-Артур. Петр Черкасов поднял на стеньге фок-мачты умирающего «Севастополя» сигнал «Погибаю, но не сдаюсь», с которым славное судно и ушло на дно.
Петр и Василий вернулись домой живыми и неоднократно награжденными за боевые заслуги. А, вот, их брату Анатолию не суждено было увидеть родной порог. Он погиб 16 июня
По итогам Русско-японской кампании Петр Нилович Черкасов был награжден орденами Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом, Святого Станислава 2-й степени с мечами и Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом. Отличился в боях и старший брат Петра Василий Черкасов — в родной дом он вернулся с орденами Святой Анны 3-й степени с мечами и бантом, Святого Владимира 4-й степени с мечами и бантом, Святого Станислава 2-й степени с мечами и Золотым оружием «За храбрость»12.
Петр Черкасов продолжил службу на Балтике. 6 декабря 1912 года, в день тезоименитства императора Николая II, он был произведен в капитаны 2-го ранга. В том же месяце разошлись служебные пути братьев Черкасовых — Василий, которому долгое время доводилось служить вместе с младшим братом, получил назначение на строившийся черноморский линкор «Иоанн Златоуст»13.
1913 год ознаменовался для Петра Ниловича радостным событием — он наконец встретил свою единственную даму сердца, 31-летнюю Сусанну Владимировну Гильтебрандт. Ее дедом был придворный медик, а отцом — скончавшийся 30 ноября 1912 года тайный советник Владимир Аполлонович Гильтебрандт, занимавший должность врача при центральных учреждениях Морского министерства и Главного адмиралтейства. Родной дядя жены П.Н. Черкасова, Яков Аполлонович Гильтебрандт, с 1909 года имел чин адмирала. Морским офицером был и двоюродный брат Сусанны Владимировны, Кирилл Платонович Гильтебрандт, с которым П.Н. Черкасов был знаком еще по Порт-Артуру. В Первую мировую он командовал на Балтике тральщиком «Взрыв» и был убит матросами в марте 1917 года.
В мае 1913-го Петр Нилович взял отпуск и отправился с женой в родные края — в имение своей прабабушки Катунки Нижегородской губернии. Заслуженный моряк, пользовавшийся там всеобщей любовью, был избран гласным Балахнинского земского собрания15. Он читал лекции в Николаевской морской академии, а затем по настоянию адмирала фон Эссена принял под команду канонерскую лодку «Сивуч»16. Отдельный разговор будет о героической канонерке «Сивуч». Мореходная канонерская лодка «Сивуч» была построена в Петербурге и вступила в строй в августе
Глава 3. Балтийский «Варяг» - подвиг канонерки «Сивуч»
20 июля (2 августа) 1914 года был объявлен Высочайший Манифест о войне с Германией, и для «Сивуча» начались боевые будни. С открытием военных действий канонерка перешла в состав 2-й минной дивизии Балтфлота (в апреле 1915-го она вместе с 1-й образовала единую Минную дивизию) и несла боевую службу на Або-Оландской шхерной позиции — патрулировала финские шхеры. 8 марта 1915 года командир «Сивуча» за успешную боевую работу был награжден орденом Святой Анны 2-й степени с мечами19.
На протяжении первого полугода войны крупных сражений на русском участке Балтийского моря не было. Но в конце июня 1915-го ситуация на Балтике изменилась. Германская армия захватила Курляндию, в распоряжении немецкого флота оказались русские военно-морские базы Либава и Виндава (ныне Лиепая и Вентспилс, Латвия). Развивая наступление, войска противника вырвались к берегу Рижского залива, а юго-западнее Риги подошли к реке Западная Двина. Малочисленные на этом участке русские войска были сведены в так называемый Шлокский отряд, практически лишенный артиллерии. Для поддержки пехоты в Рижский залив были посланы «Сивуч» и «Кореец» (командиром последнего был капитан 2-го ранга И.К. Федяевский). 8 июля обе канлодки прибыли в Усть-Двинск (ныне Даугавгрива, Латвия) и перешли в оперативное подчинение капитану 2-го ранга А.В. Стеценко, который отвечал за взаимодействие морских и сухопутных сил Рижского укрепрайона.
В ночь на 12 (25) июля 1915 года «Сивуч» вместе с эсминцами «Уссуриец», «Всадник», «Гайдамак» и «Амурец» вышел из Усть-Двинска, приблизился к берегу и, заняв позицию, в 4 часа утра открыл артиллерийский огонь по станции Кеммерн (ныне Кемери, Латвия), где, по сведениям разведки, были сосредоточены два германских полка, изготовившихся к атаке. И вскоре над черным берегом взвились сигнальные ракеты — русская пехота благодарила за огневую поддержку. Первый же налет оказался успешным — немцы понесли потери и отказались от наступления в сторону Шлока, а наши войска продвинулись западнее Кеммерна20.
На протяжении всего июля 1915 года русские канонерские лодки активно поддерживали огнем наши войска на побережье Рижского залива. К ним присоединились также линкор «Слава» и эсминцы. Но наличие в заливе соединения русских кораблей не помешало командованию германского флота спланировать дерзкую набеговую операцию. Специально для этой цели к Ирбенскому проливу были стянуты крупные силы — два линкора, несколько крейсеров, соединения эсминцев и тральщиков. 25 июля (7 августа) 1915 года германский вице-адмирал Эрхардт Шмидт отдал приказ, согласно которому подчиненные ему корабли должны были снять русские минные заграждения в Ирбенском проливе, пройти в Рижский залив, заблокировать гавань Пернова (ныне Пярну, Эстония), обстрелять Усть-Двинск и вернуться обратно.
Начало августа ознаменовалось целым рядом боев и стычек между русскими и германскими кораблями, среди которых был блистательный 17-минутный ночной бой русского эсминца «Новик» с германскими эсминцами V-99 и V-100 (первый подорвался на мине и выбросился на берег, а второй, поврежденный огнем с «Новика», сумел уйти). 4 (17) августа «Сивуч» и «Кореец» в последний раз обстреляли германские окопы под Кеммерном. Тем же вечером капитан 2-го ранга А.В. Стеценко с тревогой сообщил начальнику штаба флота вице-адмиралу Л.Б. Керберу, что дальнейшее пребывание канлодок в этом районе в связи с возможным прорывом немцев в залив опасно и их нужно отвести в пролив Моонзунд. С ответом Кербер промедлил, что впоследствии стало роковым для обоих русских кораблей…21
Весь день 5 (18) августа германские тральщики снимали русские минные заграждения в Ирбенском проливе. Попытка линкора «Слава» и канонерок «Грозящий» и «Храбрый» воспрепятствовать этому оказалась неудачной, превосходство германских сил было подавляющим, и русские корабли почли за благо отойти к Моонзунду. Теперь в опасной зоне оставались только «Кореец» и «Сивуч»: они согласно приказу штаба флота устанавливали минные заграждения на случай, если немцы направятся к Риге. Туманным и дождливым вечером 5 (18) августа обе канлодки закончили постановку ста мин на подходе к устью Западной Двины и глубокой ночью вернулись в Усть-Двинск на заправку топливом. К этому времени командиры кораблей П.Н. Черкасов и И.К. Федяевский уже получили отданный А.В. Стеценко на свой страх и риск приказ немедленно уходить в Моонзунд. Но погрузка угля затянулась до рассвета.
Тревожная ночь на "Сивуче" прошла под непрерывный стук морзянки. Близился рассвет. Черкасов встал из-за стола, заваленного телеграммами, застегнулся на все пуговицы и сказал, обращаясь к командиру "Корейца":
- Иван Константинович, прошу вас обеспокоится боезапасом и углем. Я еще раз попытаюсь телеграфировать на Ревель, чтобы сообщить о нашем положении. Принимать топливо и снаряды до положенности! Готовность к отходу после полудня. Свободны, господа!22
Уже утром радиотелеграфист "Сивуча" принял экстренную телеграмму командующего флотом:
"6.08.11.20. "Сивучу", Стеценко. Вышлите "Сивуча", "Корейца" немедленно. Сообщите время подхода для встречи и проводки через минное заграждение. Командующий флотом"23.
В 1.25, после молитвы, "Сивуч" и "Кореец" вышли в Рижский залив. Впереди привычные восемьдесят миль пути, но сегодня опасность удесятеряет расстояние24.
И, вот, настал последний бой… 6 (19) августа
- Один из ста…
Первую часть пути «Сивуч» и «Кореец» преодолели днем - под покровом тумана. Продолжить поход решено было ночью. Однако, надежда на то, что неприятель предпочтет заночевать у берегов, и удастся в темноте пройти незамеченными, не оправдалась.
Около девяти вечера наблюдатели увидели на горизонте три корабля. Капитан «Сивуча» Петр Черкасов угадал безошибочно:
- Это «Аугсбург». Вторым эсминец типа V-25, концевым идет V-100 - таких кораблей у немцев только два, и один из них потоплен…
Силы для предстоящего сражения складывались неравными. Немецкие суда втрое превосходили канонерские лодки по скорости и вдвое - по количеству пушек.
- К бою! - прозвучал сигнал на русских канонерках.
С «Аугсбурга» раздались первые залпы. Почуяв добычу, немцы устремились в погоню за «Сивучом» и «Корейцем» и через 20 минут настигли их. Завязалась ожесточенная артиллерийская дуэль. Кормовые оружия «Сивуча» были разбиты, но канонерка продолжала отстреливаться из носовых пушек. Немцы выпустили торпеды, но обоим русским судам удалось уклониться от их попадания, благодаря искусному маневрированию. Между тем, один из русских снарядов разбил прожектор «Аусбурга». В наступившей темноте Черкасов отдал приказ Федяевскому уводить «Кореец» к Моонзунду. «Сивуч» оставался прикрывать отход…25
Можно назвать чудом то, что одинокая канонерская лодка, уже сильно поврежденная вражеским огнем, продолжала сражаться еще целых 40 минут. Охваченный огнем, испещренный пробоинами, заваленный телами своих убитых и раненых защитников, потерявший управление, беспомощный «Сивуч» расстреливался с трех сторон надвигающимися на него громадами немецких кораблей. Но носовая пушка все еще продолжала стрелять… А капитан Черкасов продолжал возвышаться на своем капитанском мостике, отдавая свои последние распоряжения.
«Аугсбург» и два эсминца хладнокровно расстреливали гибнущий корабль в упор. А пылающий «Сивуч»… продолжал отбиваться. Казалось невероятным, что на изрешеченном, объятом пламенем корабле, уже, по сути, превратившемся в искореженный кусок металла, кто-то еще остался в живых. Но эти моряки, стоя у единственной уцелевшей носовой пушки, продолжали сражаться. А капитан 2-го ранга Петр Нилович Черкасов по-прежнему стоял на мостике, руководя своим последним боем…26
Очередной залп, и мостик оказался разрушен. Раненый капитан выбрался из-под его обломков и поднялся на ростры, продолжая руководить боем. Но, вот, в последний раз прозвучал его голос, перекрывающий огненную бурю… Очередной залп, и Петр Черкасов исчез в отражающей зарево пожирающего «Сивуч» пламени пучине…27
Одинокая канонерская лодка и ее капитан так отчаянно сопротивлялись трем немецким кораблям, что к ним на выручку подошли основные силы германского флота - линкоры «Нассау» и «Позен» и семь эсминцев. Только залпами всей этой мощи непотопляемый «Сивуч» все-таки был отправлен на дно. Но напоследок носовая 75-миллиметровая пушка скрывающегося под волнами корабля успела сделать свой последний выстрел по противнику. Выстрел этот сделал 25-летний мичман Михаил Алексеевич Мурзин…28
Мичман, как ни странно, уцелел. Он и еще 48 русских моряков были выловлены немцами и… удостоены высочайших почестей. На борту линкора «Нассау» героев торжественно встретил выстроенный вдоль во фронт экипаж во главе с командиром, а корабельный оркестр исполнил в их честь «Боже, Царя храни»29.
Итогом этой не имеющей аналогов битвы стал уход немецкой эскадры из Рижского залива. В бою с одной единственной русской канонеркой немцы потеря пять миноносцев, пять тральщиков, надолго вышли из строя линкор «Мольтке» и крейсер «Тетис». С той поры противник не решался проявлять серьезную активность в Рижском заливе до самого
Тело Петра Черкасова так и не было найдено. Посмертно он был награжден орденом Св. Георгия. В те дни английская газета «Стар» вышла с большим заголовком «Славная морская победа России». «Пройдут годы, позабудутся события этой войны, но подвиг «Сивуча» останется в истории», — писало британское издание30. Отдала должное подвигу и пресса Германии: «Русский корабль, окруженный фонтанами взрывов 11-дюймовых снарядов, весь в огне и храбро отстреливаясь из всех своих орудий, опрокинулся и затонул после произведенной на него пятью миноносцами атаки»31.
Глава 4. Память о Петре Ниловиче Черкасове (вместо эпилога).
На родине Черкасова Балахнинское земское собрание приняло решение поставить герою-земляку памятник. Но отец Петра Ниловича предложил открыть общедоступный Народный дом имени сына и подарил земству участок земли с домом и постройками. Дом был отремонтирован на средства земства и пожертвования благотворителей, открыл двери в 1916 и действовал до
Не менее печально сложились судьбы родных Петра Ниловича. Его вдова погибла в блокадном Ленинграде. Ее брат, Кирилл Платонович Гильтебрандт, морской офицер, с которым Черкасов был знаком еще по Порт-Артуру, командовал на Балтике тральщиком «Взрыв» и был убит озверевшими матросами в марте
Василий Нилович Черкасов дослужился до капитана 1-го ранга, пошел на службу большевикам, но был быстро ими «вычищен», а затем и вовсе репрессирован вместе со своим сыном Нилом.
Но нашелся в трагической и славной истории «Сивуча» и счастливец, которого судьба хранила несмотря ни на что. Человек, сделавший последний залп с борта горящего и уходящего под воду судна. Мичман Михаил Алексеевич Мурзин. Вернувшись из немецкого плена, он вступил в Добровольческую армию и командовал канонерской лодкой «Донец». В эмиграции проживал в Югославии, Италии и Бельгии, где и умер в
К сожалению, советской власти все, что связанное с именем царского офицера и героя «империалистической» войны, так называли большевики и коммунисты Первую Мировую, было чуждо, и имя Петра Черкасова на многие десятилетия было предано незаслуженному забвению34. Большевистская власть не любила вспоминать героев оболганной ими войны, включая П.Н. Черкасова.
Но время не властно. Память о легендарном морском офицере П.Н. Черкасове возрождается из небытия. В августе 2006 года в городе Володарске Нижегородской области (бывший поселок Сейма) был заложен памятный камень на месте будущего памятника герою-моряку35. Памятник установлен 6 мая 2017 года. В октябре 2008 года в Нижнем Новгороде на здании бывшего Александровского дворянского института открыта мемориальная доска36.
В завершении нашего очерка мы вспомним цитату известного русского военного историка Вячеслава Васильевича Бондаренко, который писал о значении Петра Ниловича Черкасова в истории Первой Мировой (Великой, Второй Отечественной) войны 1914 – 1918 годов и истории России: «Вся жизнь и героическая гибель Петра Ниловича Черкасова — ярчайший пример мужества, настоящего морского характера, офицерской чести, верности воинскому долгу»37.
СВЕТЛАЯ ПАМЯТЬ И СЛАВА КАПИТАНУ П.Н. ЧЕРКАСОВУ И ЭКИПАЖУ КАНОНЕРКИ «СИВУЧ», СОВЕРШИВШИМ ПОДВИГ НА БЕРЕГАХ БАЛТИКИ 6 (19) АВГУСТА 1915 ГОДА!!! МЫ ПОМНИМ, МЫ ГОРДИМСЯ!!!
Список источников и литературы
1. Авдеев А. «О морской династии Черкасовых»
2. Бондаренко В.В. «Герои Первой Мировой». Глава «Петр Черкасов. Погибаю, но не сдаюсь». М.: «Молодая гвардия», 2013.
3. Бондаренко В.В. «100 великих подвигов России». Глава «Балтийский «Варяг»: Петр Черкасов». М.: «Вече», 2011.
4. Мелконов Ю. «Балтийский "Варяг"». Ссылка на источник: https://web.archive.org/web/20050219112954/http://www.melkon.lv/ru/flot/varjag/varjag.php3
5. Семенова Е.В. «Забытые герои Великой войны: 1914 – 1918». М.: «Голос-Эпохи», 2019.
6. Федорова Е. «Забытые герои Великой войны: Петр Черкасов». Ссылка на источник: http://rys-strategia.ru/news/2019-03-18-7017?ysclid=mdvbwyoj15850117211
7. Шкуркин М. «П.Н. Черкасов. Смертью запечатлел свой подвиг». Ссылка на источник: https://pycckoe.wixsite.com/pycckoe/cherkasov
Емелин Артем
студент 5 курса группы 11120
заочного отделения
Исторического факультета
ЯГПУ имени К.Д. Ушинского
Ярославль
ДАВШИЙ НАМ НАШУ ИСТОРИЮ. К 260-ЛЕТИЮ Н.М. КАРАМЗИНА
Николай Михайлович Карамзин — это фигура, стоящая на распутье эпох. Для одних он нежный сентименталист, создавший эталонный литературный язык и подаривший России бессмертную «Бедную Лизу». Для других консервативный публицист, отстаивавший незыблемость самодержавия. Однако есть и третье, главное измерение его личности: Карамзин-историк, человек, который, по меткому выражению многих, «дал нам нашу историю». Давайте представим, что в России начала XIX века не было единого учебника истории. Были древние летописи, которые могли прочитать только специалисты, и разные научные работы, но не было одной большой и понятной книги, которая собрала бы всю историю страны от начала до недавних времен. Именно такую книгу и создал Николай Карамзин, его «История государства Российского» стала для людей открытием, как если бы мы сегодня нашли полную и увлекательную биографию своей страны, о которой раньше знали только по отрывкам.
До Карамзина история была делом ученых, а после него она стала достоянием всего общества. Почему же говорят, что он «дал нам нашу историю»? Потому что он первым смог не просто пересказать факты, а выстроить из них захватывающий рассказ, который читался как роман. Он сделал прошлое живым и важным для каждого человека.
Но прежде, чем говорить об истории Карамзина, следует вспомнить труды по русской истории, которые существовали до него. При Петре I при Академии Наук началась более строгая разработка русской истории. Свой значительный вклад вознесли знаменитые немцы-академики – Байер, Миллер, Штриттер и Шлецер, а также российский государственный деятель, историк, географ и сподвижник царя всея Руси - Василий Никитич Татищев. В конце XVIII века историей занимается даже сама Екатерина Великая, а в противовес ей стараются выяснить многие вопросы Новиков и Радищев, находятся множество исторически важных летописей и прочих памятников истории, например легендарное «Слово о полку Игореве», «Завещание Владимира Мономаха» и др. Появляются труды Болтина и князя Щербатова с зародышами славянофильства. И уже после появляется та самая «История государства Российского» Николая Михайловича Карамзина. В отличии от своих предшественников он имел большое преимущество в том, что мог пользоваться всеми необходимыми материалами – летописями, актами, статейными списками и т.д., а также трудами предыдущих историков, которые в последствии сильно повлияли на работу. Особенно заметно влияние первом томе, там рассматривается тот же круг вопросов и приведены те же аргументы и ссылки что и приводил Шлецер в своих работах. Еще сильнее было влияние князя Щербатова, так как после первого тома количество бывших в распоряжении Карамзина материалов становилось все меньше и из ученых трудов оставалась только одна история Щербатова [2].
Работа Карамзина является примером невероятного трудолюбия. Он был известным писателем, но оставил литературу и светскую жизнь ради того, чтобы на много лет «пойти в монахи истории». Он буквально жил в архивах, разыскивая и изучая древние документы. Представьте себе сложность его задачи: нужно было прочитать гору древних летописей, написанных сложным языком, сравнить разные версии одних и тех же событий, которые часто противоречили друг другу, разобраться с иностранными источниками, где было много вымыслов о России и неточностей.
О своей работе он писал в «Письмах русского путешественника» (1790): «Можно выбрать, одушевить, раскрасить, и читатель удивится, как из Нестора, Никона и проч. могло выйти нечто привлекательное, сильное, достойное внимания не только русских, но и чужестранцев». Это значит, что Карамзин считал своей задачей не просто перечислить даты, а «оживить» прошлое, сделать его ярким и понятным [3].
Когда в 1818 году вышли первые восемь томов его «Истории», это стал настоящий культурный шок. А.С. Пушкин говорил: «Все, даже светские женщины, бросились читать историю своего отечества, дотоле им неизвестную. Она была для них новым открытием. Древняя Россия, казалось, найдена Карамзиным, как Америка – Коломбом» [4].
Поэт А.А. Дельвиг вспоминал, что «при появлении первых восьми томов "Истории" нельзя было за теснотою пробраться в ту комнату, где она продавалась». Издание стало настоящим бестселлером и быстро распространилось по всем уголкам страны, заняв почетное место как в дворянских усадьбах, так и в купеческих библиотеках. Люди буквально «болели» историей, они запоем читали и открывали для себя собственную страну. Книги раскупали мгновенно, их обсуждали все. Почему? Карамзин создал общую основу, впервые собрал всю историю России как единое, непрерывное повествование, а также показал, как события прошлого связаны между собой. Он объяснил роль сильной власти. Главной идеей Карамзина было то, что в условиях постоянных внешних угроз Россия могла выжить только как сильное централизованное государство. Этим он оправдывал и жесткие меры разных правителей. Он подарил национальную гордость. Его книга показала, что у России — великая и сложная история, которой можно гордиться. Он, по сути, ответил на вопрос «кто мы?» через призму нашего прошлого.
Так что же в итоге сделал Карамзин? Если проводить современную аналогию, он создал первый грандиозный «сериал» о России, который собрал у «экранов» всю страну. Он взял разрозненные факты и превратил их в мощную национальную идею. Его труд, конечно, не безупречен с точки зрения современной науки, но его главная заслуга не в этом. «История государства Российского» доказала, что у России есть не только великое будущее, но и не менее великое, сложное и драматичное прошлое, достойное изучения и уважения. Карамзин подарил своему народу чувство исторического достоинства и ясный, хоть и не бесспорный, ответ на вопрос «откуда есть пошла земля Русская». В этом его величайшая заслуга, которая пережила века и делает его труд актуальным и по сей день.
Использованная литература:
«История государства Российского» Н.М. Карамзин https://books.yandex.ru/books/JxCQ4bam/read-online?ysclid=mgvrxetm32284983924
Дюнькин Н. И. «Н. М. Карамзин: биография и разбор его главных произведений»/ сост.: Н. И. Дюнькин, А. И. Новиков; под ред. [и с предисл.] В. Рябова. – [Санкт - Петербург]: Изд. Кн. магазинов Ив. Загряжского, [1908?].
https://viewer.rusneb.ru/ru/002348_000066_000000046?page=31&rotate=0&theme=black
«Письма русского путешественника» Н.М. Карамзин https://books.yandex.ru/books/hciKwCi9/read-online?ysclid=mgvw1e0uel399171614
Пушкин А. С. Полное собрание сочинений. В 10 т. Т. 8 / Примечания Б. В. Томашевского. — Л.: Наука, 1978. — С. 49-51; https://archive.org/details/B-001-033-054-ALL/B-001-033-054-03/page/n55/mode/2up
https://archive.org/details/B-001-033-054-ALL/B-001-033-054-03/page/n55/mode/2up
https://archive.org/details/B-001-033-054-ALL/B-001-033-054-03/page/n55/mode/2up
Акимова Анастасия Алексеевна,
студентка гр. СР-23
специальность 42.02.01 Реклама
дата рождения:12.03.2004
город проживания: Новокузнецк
НЕМЕРКНУЩЕЙ СЛАВЫ ГЛАШАТАЙ
(К 140-летию со дня рождения и 105-летию гибели Н.С. Гумилева)
Имя его одно из тех, что не меркнут со временем. Оно звучит как вызов, как песня о мужестве, вере и служении. Судьба этого поэта, это путь рыцаря духа, прошедшего сквозь эпоху крушений, но сохранившего честь и светлую веру в предназначение России.
Он родился в эпоху рассвета, а жил в эпоху гибели. Серебряный век, в котором Гумилев стал одной из самых ярких фигур, был временем изысканной поэзии, духовных исканий и эстетических дерзаний. Но за этими сияниями уже сгущались тучи. Поэт чувствовал приближение катастрофы, и потому его стихи не просто строки о красоте и любви, но о долге, подвиге, о внутреннем стоянии человека перед лицом вечности. В этих стихах строил свой собственный мир, в котором соединялись реальность и мечта, приключение и духовная глубина. В его строках жажда жизни, движение, романтика и мужество. Он умел видеть в человеке не только слабость, но и силу, способность преодолеть страх и пойти навстречу судьбе.
В его поэзии целые страны и эпохи. Он странствовал по Африке, писал о рыцарях, воинах, путешественниках и поэтах. Его герои это люди, которые не боятся одиночества и испытаний, потому что внутри них живет чувство внутреннего света. Даже когда он писал о далеких морях или пустынях, между строк звучала любовь к родной земле, тихая, не показная, но настоящая.
Гумилев был не только певцом слова, но и воином. Он добровольно ушел на фронт Первой мировой войны, стал офицером, награжден Георгиевским крестом за храбрость. Для него героизм не был позой, это было естественное состояние духа. В мире, где рушились империи и идеалы, он искал не спасения, а смысла. И нашел его в служении людям, Родине, искусству.
Он создал целую школу — «Цех поэтов», где требовал от молодых авторов дисциплины, точности и верности слову. Для него поэзия была не игрой вдохновения, а воинской обязанностью. «Мы — кузнецы слов», говорил он, и в этих словах звучала вера в то, что через слово можно восстановить утраченную гармонию мира.
Когда на Россию опустилась тьма революции, Гумилев не покинул ее. Он не принял власть разрушителей, не примирился с ложью. Его арестовали и расстреляли — без суда, без доказательств, как врага, потому что он был слишком свободен, слишком светел, слишком русский. Но смерть не смогла заглушить его голос. Его стихи живы. Его имя живо. Его вера в Вечную Россию не угасла. Гумилев верил в силу духа и красоты. Он не боялся жизни и не искал оправданий. Его поэзия это разговор с самим собой и с миром, в котором человек должен найти свое место. Даже когда вокруг все рушилось, он сохранял внутреннее равновесие, веру в смысл, в человека как творца
Он писал:
«Я знаю — я избран, я воин,
С мечом на груди и звездой,
Я должен идти сквозь просторы
И смерть побеждать красотой».
Эти строки стали символом его жизни. В них путь человека, для которого идеал был выше страха, а долг выше жизни. Гумилев стал воплощением того, что значит быть русским рыцарем, не по крови, а по духу.
Сегодня, когда Россия вновь ищет свои духовные опоры, Гумилев возвращается к нам не просто как поэт, но как пример. Его судьба учит: нельзя предавать веру в смысл, нельзя уступать внутренний стержень эпохе лжи. Каждый человек должен быть воином в своем деле, честным, твердым, способным на жертву ради истины.
Гумилев не умер. Он просто ушел туда, где нет времени. Его слово осталось здесь, горящее, прямое, как клинок. И пока в России будут живы те, кто чувствует зов высоты, кто ищет в слове честь, а в жизни смысл, имя Гумилева будет звучать.
Он — немеркнущей славы глашатай, поэт Вечной России, рыцарь, чье сердце до сих пор бьется в ритме стиха.
Стрельникова Карина Яновна,
студентка гр. СР-23
специальность 42.02.01
дата рождения:10.06.2006
город проживания: Новокузнецк